продавались, и будет отталкиваться от этого. Женщины купят все, что связано с твоим
именем. Мы сделаем слепок твоего члена, а потом силиконовую копию, с пирсингом и все
такое.
Я больше не могла это слушать. Я отодвинула свой стул и поднялась из-за стола.
— Простите, что прерываю, но я неважно себя чувствую, и мне нужно поехать
домой. — Я посмотрела на трех джентльменов и улыбнулась. — Была рада
познакомиться. Уверена, что мы скоро встретимся.
Я развернулась, даже не посмотрев на Джареда, пошла в сторону выхода из
ресторана. Я слышала, как Джаред что-то прошептал сидящим за столом, а потом
услышала его шаги позади себя. Я только успела выйти из ресторана, как почувствовала
его сильную руку вокруг своей талии.
— Что это сейчас было, Отэм?
— О, сейчас я снова Отэм? Не мог бы ты объяснить всю систему, когда ты
называешь меня Отэм, Билли, малышкой или куском грязи, который вы вечно
игнорируете?
— Ты можешь хотя бы чертову секунду не говорить так? Почему ты просто встала
и ушла? — он сжал меня сильнее, и я была чертовски уверена, что у меня останутся
синяки.
Я пристально посмотрела ему в глаза, стараясь изо всех сил показать весь свой
гнев.
— Как я объяснила всем за столом, я нехорошо себя чувствую.
— Дерьмо собачье!
— Мне плевать, веришь ты мне или нет. Теперь, будь добр, позволь мне уйти. — Я
вытащила свою руку из его хватки, и он не стал меня останавливать.
— Сэр, вы готовы уехать? — услышала я позади себя. Я повернулась и увидела
водителя Джареда Тони, стоящего на обочине дороги. Джаред взял меня за руку и повел в
сторону задней дверцы машины. Он открыл дверь и аккуратно подтолкнул меня внутрь, забравшись следом за мной, из-за чего у меня не было пути к отступлению.
— Покружи-ка по округе, пока не скажу возвращаться в ресторан.
Водитель кивнул и закрыл дверь позади него. Я наблюдала за тем, как водитель
обошел капот машины и сел на водительское сиденье. В тот же момент Джаред поднял
перегородку, чтобы остаться со мной наедине.
— Разве они не будут искать тебя в ресторане? — Я чувствовала, как горела моя
кожа, и знала, что Джаред тоже ощущал это.
— Я сказал, что вернусь через несколько минут.
— Просто дай мне уехать домой.
— Дам, только после того, как ты объяснишь мне, почему так быстро ушла.
— Я заболела! — прокричала я.
Джаред приблизился к моему лицу, находясь всего в нескольких сантиметрах от
меня. На губах я ощущала его дыхание.
— А я сказал, что это дерьмо собачье! Я думаю, что ты расстроена. — Его глаза
мельком опустились на мои губы, после чего я увидела, как его язык пробежался по его
нижней губе.
— И почему же я должна быть расстроенной? — закипела я.
— Потому что ты против секс-игрушек. Ты четко дала это понять несколько недель
назад, поэтому теперь, когда я опять рассматриваю подобное предложение, ты бесишься.
Мое дыхание учащается, и я расстроена из-за своего предательского тела, которое
хочет лишь одного — Джареда.
— Сейчас меня мало заботит то, что у тебя появится своя линия секс-игрушек.
Пусть миллионы женщин трахают твой член.
— И ты не сердишься из-за этого, не ревнуешь?
Его рука прошлась по моей талии, затем он придвинул меня поближе к себе. Мы
оказались в считанных миллиметрах друг от друга.
— Мне. Все. Равно. — Я произнесла это так, что даже двухлетка понял бы смысл.
— Думаю, что это неправда. Ты не хочешь, чтобы кто-то трахал мой член, настоящий или силиконовый. — Он схватил меня за руку и положил ее на свой
возбужденный член, желая показать мне, насколько сильно он хочет меня. Я не клюнула
на это. И даже несмотря на то, что я не могла вырвать руку из его хватки, я не сжала и не
начала ласкать его. Моя рука оставалась лежать неподвижно.
— Ты сумасшедший, — резко прошептала я, мой голос выдал то, насколько сильно
я была заведена, но сохраняла хладнокровие.
— И ты не ревнуешь? — спросил он, придвинувшись своим ртом чуть ближе ко
мне, слегка прикасаясь им к моим губам. Мне потребовалась вся сила воли, чтобы не
поцеловать его в ответ.
— Почему я должна ревновать тебя к кучке женщин, трахающих себя твоим
силиконовым членом, когда я трахала настоящий? Это они должны завидовать мне, потому что я получила оригинал.
Я сказала это, потому что злилась, вот почему мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что именно я сказала. В следующий момент его губы обрушились на мои, и
я не смогла остановить его, не могла больше сопротивляться ему. Вся моя сила воли
просто испарилась.
Я застонала у его рта, когда его язык встретился с моим. Поцелуй не был ни
мягким, ни страстным. В нем ощущалась злость. Нашими языками мы выплескиваем всю
злость, которую мы вынашивали последние несколько недель.
Я не могла насытиться им. Его губы яростно поедали мои, пока его рука
опускалась к подолу моего платья. Не было чувственных прикосновений, он не ласкал все
мое тело. Он просто брал то, что хотел.
