Знал бы он, в каких домах мне приходилось растапливать камины. Когда во время дождя вода стекала по стенам, уходя в подвал, а тепло горящих поленьев выносилось сквозняками из щелей под оконными рамами.
Нет, мистер Моррис, в том степенном, комфортном мире, принадлежащем Вам, подобному нет места. Как нет места и мне с моей сестрой, которая сейчас разбирает Ваш голос по нотам...
Я поблагодарила поверенного, заверив, что условиями и размером арендной платы более чем довольна.
Наши скудные доходы с процентов не позволяли и мечтать, что когда-то нам удастся скрыться от мира не в жалкой лачуге, а в комфортном особняке.
- Я говорил Вам, что мистер Эдмар долгое время не мог сдать дом никому из местных из-за глупых слухов, - произнес поверенный. - но, я надеюсь, Вас нечто подобное не пугает? - мистер Моррис внимательно посмотрел на меня.
Еще как пугает, мистер Моррис. Сплетни стали для меня сковывающим ужасом, заставляющим не пускать на порог посторонних людей.
- Мы прожили здесь уже несколько дней, мистер Моррис. - ответила я. - К счастью, пока ничто не заставляет меня думать, что дом проклят. - улыбнулась я.
...После ухода поверенного я охватила взглядом комнату.
Может быть, этот обиженный дом, увидев нас, понял, что сплетни могут не только сделать тебя одиноким.
Они могут попытаться тебя убить.
10 января
Сегодня тот редкий день, когда моя сестра носится по дому, порой ударяясь о мебель.
Мы выяснили, что дом с черного входа окружает высокая каменная стена. Несколько клумб Эльза уже решила весной засадить клубникой, салатом и помидорами.
- Так мы меньше потратим на овощи. - с серьезным видом произнесла сестра, отправляясь в библиотеку, где надеялась найти что-нибудь о садоводстве.
- Ребенок сумерек... - прошептала я слова отца, которые он порой произносил, глядя на Эльзу.
Люди, разносившие сплетни, прокляли этот дом.
А кто же проклял твоих дочерей, папа?
15 февраля
Почти два месяца мы живем относительно спокойной жизнью. Мистер Моррис больше не навещал нас, а перед приходом этот тактичный джентльмен имеет привычку отправлять предварительную записку, так что мы можем не бояться его нежданного визита.
Парадная дверь всегда закрыта на тугой, старый замок, а в маленький сад за домом можно попасть, помимо черного выхода из дома, только через массивную деревянную калитку, обитую железом.
Но и эта лазейка к нам закрыта тяжелым замком, ключи от которого висят около очага на кухне.
Продукты посыльные из лавок раз в неделю оставляют на пороге нашего дома, а я раз в месяц отправляю чеки, отдав их в почтовых конвертах почтальону - единственному человеку, с кем я регулярно встречаюсь, помимо мистера Морриса.
Кажется, Эльза, мы нашли место, о котором даже не могли мечтать. В те лачуги никто бы не доставил продукты, а конверты приходилось нести на почту, встречая, как ни прячься, своих соседей.
Только пока я не буду спешить убирать чемоданы на чердак.
15 марта
Две недели назад последние островки снега растаяли, а купленные семена дожидаются своего часа в кухонном шкафчике. Эльзе уже не терпится приняться за "садовые работы", по ее словам, хотя те несколько метров земли за домом вряд ли могут называться садом. Но Эльза радуется, а с ней радуюсь и я.
- Нора, а если бы нам завести собаку? - спросила сестра сегодня за завтраком, когда я заваривала чай.
- Нет, Эльза, лучше не надо. - мягко ответила я.
Сестра только кивнула головой и принялась за свой пирог.
...Если бы ты знала, моя не по годам взрослая девочка, с какой радостью я бы подарила тебе щенка! Но наша нынешняя жизнь в мгновение может разрушиться, и началом этого будет твой убитый щенок на пороге нашего дома.
3 апреля
Вчера мы, убрав старые сорняки из сада, решили наведаться на чердак. К разочарованию Эльзы, там оказалось всего три сваленных в угол картонные коробки с такой рухлядью, как сломанные картинные рамы, тронутые молью салфетки и старые газеты. Сестре скоро наскучило дышать пылью и снимать с волос паутину, поэтому она отправилась в библиотеку, а я решила сложить обратно содержимое разобранных коробок.
Мое внимание привлекла потертая деревянная шкатулка в углу коробки. Если остальные вещи были словно в спешке свалены, то эта шкатулка, казалось, аккуратно поставлена на картонное дно.
Внутри оказались старые, начавшие выцветать фотокарточки.
Их было всего три, небольших плотных листочков бумаги. На двух из них - пожилая женщина в платье, фасон которого был модным лет двадцать назад. Гладко зачесанные назад волосы были почти полностью седыми, а от поджатых тонких губ веяло угрюмостью. Но впечатление нелюдимости развеивали чистые, ясные глаза.
На третьей фотокарточке были изображены два человека - эта же женщина, постаревшая лет на пятнадцать, а рядом с ней стоял молодой человек, одной рукой обнимавший свою - кого? наверное, бабушку - а другой указывая на фотографа. Юноша смеялся, а старушка, казалось, пыталась сдержать смех, который все же растянул ее губы в преддверие улыбки.
