Но от идеи гендерной идентичности Винсент так просто отказываться не собирался. Тува умерла 20 февраля в 15 часов, 20–2–15, буквы TBO.
— Да, конечно, я пробовал, — ответил Винсент сыну. — И это ничего не дало.
— Хорошо, идем дальше. Что, если перевести эти числа в бинарную систему? Это ты тоже пробовал? Все числа палиндромальны, здесь все зависит от системы. Что, если 31–1–14–20–2–15 — часть чего-то большего, что может нам что-то дать? Координаты на карте, к примеру.
— Звучит разумно, — одобрил Винсент.
На самом деле он пробовал и это, но не открылся сыну, боясь развеять его энтузиазм.
— И мне за это заплатят? — спросил Беньямин.
Винсент вздохнул.
— Твои методы, безусловно, заслуживают внимания, но ты не встречался с Даниэлем в кафе. Он ведь только делал вид, что вытирает стойку. Я не говорю, что этот парень — подозреваемый. Пока что он производит впечатление всего лишь увязшего по уши, но мы продолжаем работать.
Закрывая за собой дверь, Винсент видел, как Беньямин снова надел наушники, а на монитор вернулась игра «Пэт оф экзайл». Винсент подавил желание взъерошить сыну волосы. Напоминать об ужине тем более не имело смысла.
Яне остановилась на пороге кухни. Младший брат в пижаме завтракал за столом. Пахло клубникой и йогуртом, и уже из коридора было видно, что завтрак он приготовил себе сам, — по количеству джема, оставшегося на оранжевой скатерти. Брат глотал ложку за ложкой, одновременно перемешивая потрепанную карточную колоду.
Половина ее лежала в стороне. Яне не смогла сдержать улыбки. Похоже, малыш разрабатывал новый фокус, который пока не вполне получался.
Мама сидела рядом. Точнее, полулежала, уронив голову на стол. Улыбка тут же слетела с лица Яне. Похоже, и сегодня у мамы не самый удачный день.
Яне поежилась, ощутив на голых ногах свежий утренний ветерок, и попробовала натянуть майку поглубже на бедра. Окно, конечно, было открыто всю ночь. Интересно, мама так и проспала здесь, за кухонным столом? Такое уже не раз бывало, во всяком случае.
— Иди сюда, — позвала Яне брата.
Мама молчала, но Яне знала, что это ненадолго. Лишь вопрос времени, когда она заговорит, а младшему брату ни к чему слушать откровения о скорой смерти и о том, что у мамы никогда больше не будет ни даже самой паршивой работы, ни такого же мужчины. Это темы не для ребенка. Хотя мама по-прежнему его лучший друг. Яне даже завидует брату, а между тем ей скоро шестнадцать, и она за него отвечает, хочет того или нет. По крайней мере, еще неделю.
— Всё в порядке, — успокоила она «малыша», — просто маме нужно отдохнуть. Ты же знаешь, как она устает.
— Я не хотел ее будить.
Брат взял со стола чашку, поставил ее на гору посуды в мойке и подошел к Яне.
Мама не двигалась.
— Придумываешь новый фокус? — спросила Яне, выводя его из кухни.
— Да, но он еще не готов.
— Может, стоит позвонить «Девичьему трио», вдруг они что-нибудь придумали?
Мальчик застонал.
— Звучит как название банды. Вообще-то их зовут Малла, Йесси и Лотта, и сегодня их нет дома.
— Я тоже сегодня одна… — Яне вздохнула. — Но мне не привыкать. У тебя, по крайней мере, есть друзья в деревне. А я так соскучилась по своим городским приятелям!
— Каким еще приятелям? — удивился брат.
— Театру, трафику и «Тиволи» — тоже трио, как видишь. И ни один из них не бывает здесь.
— Да ладно. — Мальчик недоверчиво поджал губы. — Не строй из себя взрослую. Когда вы с мамой сюда переехали, ты была почти такая, как я сейчас. Сколько раз ты успела побывать в театре в городе? А машин полно и возле молочной фермы. А вот третий приятель… ты про него, наверное, в книге вычитала?
— Может, и вычитала. — Яне снова вздохнула. — Но все равно скучаю.
Она замолчала, а потом вытащила из кармана маленькую пластмассовую коробочку.
— Раз уж мы с тобой сегодня одни, дорогой братец, я хочу предложить тебе одну игру…
Глаза мальчика загорелись. Ему нравились игры Яне.
Под крышкой оказалось пятнадцать маленьких пластмассовых квадратиков, пронумерованных цифрами от 1 до 15. Шестнадцатое гнездо пустовало. Мальчик знал, что нужно передвигать квадратики с места на место, перемещая свободное гнездо так, чтобы в конце концов цифры выстроились по порядку.
— Ерунда. — Он махнул рукой. — Управлюсь в два счета.
— Но я еще не объяснила тебе условия игры. — Яне строго подняла указательный палец. — Нужно выстроить по порядку все цифры, кроме двух последних. «Четырнадцать» и «пятнадцать» должны поменяться местами, понятно?
Брат взял коробочку и в задумчивости поджал губы.
— Легко!
Он махнул рукой и побежал по лестнице на второй этаж, в свою комнату.
Яне проводила его взглядом и вздохнула. Конечно, это было неправильно, но она должна поговорить с мамой с глазу на глаз. А братом можно будет заняться и через час. Ступеньки под его ногами громко скрипели, но это не имело значения, если мама проснулась.
Так было даже лучше.
