Лисария ушла раньше. Эта невысокая дриада выпила меня досуха, а затем удалилась походкой гордой кошки.
Девчонка не из тех, кто сделает это, чтобы выиграть спор или утереть нос Суоритянкам.
Я чувствовал в ней неукротимый голод и одиночество. Мы слились воедино на несколько часов и наслаждались друг другом, почти не останавливаясь.
Редкое ощущение — заниматься любовью с существом равным тебе по возрасту.
Довольный, я отправился спать. Вот уже пару дней я слышал нарастающий гул молитв. Обелиски по всему королевству Лейн начали свою работу, пора дать разумным чудо и закончить своё восхождение в боги этого мира.
Проснувшись рано утром, я позавтракал вместе со всеми и раздал ценные указания мастерам. Наконец-то, оклемался парнишка-стеклодув и приступил к сбору необходимых материалов, скоро у меня будет стекло. Это не могло не радовать, пора бы уже сделать нормальные окна.
Ничего необычного, если исключить тот момент, что Лисария всё-таки выделилась.
Дриада прискакала на своём ручном монстре, лихо спрыгнула с него и походя поцеловала меня в губы.
Я был не против — этот жест стоил того, чтобы увидеть лица всех присутствующих Суори, которые уже поделили шкуру неубитого меня.
Переглянувшись с Лисарией, мы посмеялись, естественно, про себя.
Я встал из-за стола, собираясь в Лейн. Впрочем, дриада тоже шустро подскочила и ускакала, напоследок послав мне воздушный поцелуй.
Умный ход, иначе быть ей битой или морально изнасилованной своими подругами. Звучит так же страшно, как и бывает.
Взгляды раздосадованных девушек тут же устремились на меня, но я исчез во вспышке портала.
Очутившись в Асури, я сошёл с постамента, на котором был установлен мой обелиск.
Первой помощью в столице Лейна стало излечение от гангрены. Исцелив бедную девушку, у которой попросту не было денег на лекаря, я принял ещё семнадцать верующих.
Большинство были с лёгкими проблемами, касающимися здоровья.
Очень многие не могли оплатить лечение, ещё большему количеству разумных городское лечение бы не помогло. Медицина тут находилась на зачаточном уровне, поэтому работы хватало.
Вместо ожидаемых пары часов я убил в Асури целый день.
Затем прыгнул в Алуон и встретился с Теей, передал ядра, поговорил и улетел к себе, в Констанцию.
Здесь после трудного дня мне хотелось хорошо поесть и немного отмокнуть в купальне.
Первое удалось, впрочем, как и второе.
В сауне ожидаемо появилась Лисария и существенно скрасила моё пребывание там.
Передохнув в своём городе и высушив несколько десятков ядер, я снова отправился на зов постаментов. Энергия текла рекой, даже сотня излечённых в Асури дала невиданный всплеск, а дальше будет больше.
Метания между городами до самого утра заставили задуматься о жрецах. Хотелось иметь свои аватары. Если предположить, что я смогу замкнуть на такого разумного часть энергии, он будет способен лечить.
А ещё он сможет выставлять счёт. Главной валютой будет молитва.
Звучит как план, но вот в исполнении это — крайне трудный процесс. Я могу влиять на сознания, но не на душу. Здесь потребуется тонкая настройка, и я знаю, кто может помочь.
Тея сообщила, что Альеса нашли.
Получив ядра, Совет готовился пленить божество и низвергнуть жирующего Шесса.
Работы выдалось много, незаметно пролетела одна неделя, а затем и вторая.
Всё это время я плотно держал связь с Теей, наблюдая за ходом создания портала на землю. Вмешательство моё было лишь в спонсировании этого эксперимента.
У меня было время всего этого мира. Мне, так или иначе, следовало дождаться своего рождения, чтобы не создать временной парадокс вселенского масштаба. Как устроено время, я не представлял, от этого было куда страшнее.
Так же с каждым днём в голове всплывал один и тот же вопрос: что случится, если не дать врагам проникнуть в мой родной мир? От слова «совсем». Уничтожить их сейчас и не допустить вторжения…
Двойник когда-то говорил, что каждым своим перемещением я создаю новые копии и новые реальности, как ветвистая молния.
Он уничтожил все, за исключением той, где я выиграл войну за континент. Но затем случилось то, чего я не помню.
Все дни напролёт, пока я занимался созданием своей паствы, голову не покидала назойливая мысль. Я пытался ухватить её хвост, но не мог.
Констанция росла бешеными темпами. За несколько недель мы смогли увеличить площадь застройки в два раза.
С появлением стекла разом улучшился внешний вид строений. Они сверкали новенькими окошками, до идеала конечно далеко, но мы к нему идём. Кое-где стекло было неровным с наплывами, в угоду скорости.
Летний период перевалил за середину и появились первые плоды. Женщины принялись собирать ягоды и разнообразные дары природы.
Раньше Суори занимались только засолкой, я научил их делать варенье.
Сахар — белая смерть, но отказываться от него не стоит.
Подобие сахарного тростника нашла Ариэль, после чего мы приступили к добыванию вещества.
Варенье всем понравилось, особенно детям, куда без этого.
Чтобы закрепить доверие Аники, я переместил её в Констанцию.
