И само собой за очень щедрое, — подразумевающее молчание. Если найдём такого товарища, будет просто сказочно. Пускай придержит продукты до тех пор, пока на «Ржевском» не встанут морозильные камеры.
Так… что ещё?
Птица к нам прилетела сама.
— Птица-Тупица, — не помню кто первый сказал, но название прижилось сразу же. Так же, как и «Дуролёт», «Долбодятел», «Фаталютка» и «Пёстрая Суицидушка». Имён ей, на самом деле, было не счесть, и каждый как мог упражнялся в остроумии.
Так вот. Раз в день на закате целая стая дуролётов со всей дури расшибалась о скалу, у подножия которой мы разбили лагерь. То ли по глупости, то ли по каким-то законам собственной природы, а то ли из-за несчастной любви или проблем с долгами… хер его знает. Но в любом случае, нам оставалось лишь собирать, ощипывать, ошпаривать и потрошить. Ах да! Ещё стараться, чтобы нас самих случайно не зашибло падающими с неба тушками. И загодя прикрывать казан с вареньем, чтобы эта летучая мерзость его не испортила.
На вкус птица-тупица была простовата. Никакой изысканности, никакой благородности, ну так на то мы и повара. Главное, что она аномальная, а значит дорогая. Всё остальное догонится специями, гарнирами и подачей.
С мясом же пока была беда. Медвежьих крылышек мы собрали в промышленных масштабах и тоже бросили в мороз, но на этом разнообразие как бы всё. Мы бы и рады были схарчить кого-нибудь ещё, да вот же… некого.
Кажется, мишко-бабочки были доминирующим и единственным видом в округе. После долгих прений, самих медведей было решено не жрать. Жалко стало. Всё-таки одному млекопитающему непросто угандошить другое млекопитающее, тем более такое вот плюшевое и милое. Встал бы вопрос о выживании — тогда понятно, а так… Ладно. Работы хватало и без медведей.
Долги ли, коротко ли, а сегодня настал пятый день экспедиции. И уже к утру мы перевыполнили норму по запасам так, что пора бы остановиться. Часть ночи я провёл в попытках провести хотя бы частичную инвентаризацию и составить наброски для меню гастротура, но после двухсотой позиции плюнул. И так ясно, что всё уже сошлось и всё получится. Пофантазирую потом, в более спокойной обстановке.
Итак…
— Станислава Витальевна, пляши! — набрал я управляющей ещё на борту «Ржевского».
— Пляшу, Каннеллони. Что случилось?
— Аномальщина есть, и её много. Откуда взяли пока рассказать не могу, но главное, что наш круиз теперь соответствует заявке. Во-о-от… а что там с продажами?
А с продажами всё было просто замечательно. Стараниями Саши Дадариной, уже целая половина билетов была выкуплена — именно по той стоимости, по которой мы и рассчитывали. Плюс бабки, которые стрясли с ретрита и вуаля! Сложилось!
— Доверяю тебе целиком и полностью, — сказал я Стасе. — Пожалуйста, начни готовить ремонтников, отделочников, электриков и всю ту братию, которая приведёт теплоход в порядок. Посмотри мебель, инвентарь и вот-это-вот-всё. Чтобы к нашему приезду рабочие были готовы приступить.
— Сделаю…
Человек всё-таки Малыгина. Человечище! Организатор с большой буквы, и в перспективе соучредос кулинарной империи Каннеллони. Делегировать — моё всё, а потому нагрузка на неё со временем будет лишь повышаться и повышаться. Чтобы не сломалась, придётся масштабировать, выдавать штат подчинённых и двигать выше. А чтобы было интересно, подкинуть процент. Оно и для мотивации полезно, и по-человечески… всё-таки с самого начала вместе, с самой первой пляжной вечеринки.
Так…
Ладно.
Получается что? Получается, что круиз состоится и главная задача выполнена. И тут же мне вспомнилось, что она не главная, а главная тем временем — выжить. Добраться до Питера, занести взятку местным ребятам из Цепи и избавиться от грёбаного Сидельцева.
— Сорок три, сорок четыре…
— Миша.
— … сорок пять, сорок шесть…
— Миш.
— … сорок семь…
— Мишаня!!!
— А? — Кудыбечь прекратил отжиматься и подскочил на ноги. — Что случилось?
— Иди поспи. Понимаю, будет сложно, но надо.
— Ага, — кивнул бородатый.
— И Иоганна Михалыча с собой забери, ему тоже не помешает.
— Ага, — и без лишних слов двинулся исполнять.
Знатно его всё-таки вштырило.
— Ну что? — спросил я у Агафоныча. — Готов?
— Готов, — кивнул сенсей.
Ярыш-Ага окончательно озверел от медитаций и на сегодня затребовал выходной. Катюха с Сидельцевой сменили его на посту гуру, — по плану они сегодня учат рыбинских аристократок как-то правильно дышать. Так что в очередную разведывательную прогулку по параллельному миру мы отправлялись вдвоём. Пускай Ярышкин развеется, да и вообще… давненько мы с ним не общались по душам.
— Слишком всё как-то безобидно, — сказал я, продираясь сквозь укроп. — Слишком всё просто. Не понимаю, почему вокруг аномалий такая секретность. Пропуска и вот-это-вот-всё.
— Не бывал, не знаю, — ответил Агафоныч. — Но за время учёбы в Академии наслушался от старших всяких ужасов. Плотоядные растения, жуткие монстры, карантинные зоны с иномирными болезнями… думаю, что нам просто повезло.
— Думаешь?
— Думаю. Представь себе мир, из которого выполз наш Лингам. Или мир с этими… дикобразами гигантскими. Там бы мы так не похозяйничали.
