Вот оно что. Ещё один приятный подгон от провидения. Уточнять вслух я не стану, но кажется все мои знания и воспоминания из прошлого мира надёжно заблокированы, раз даже старый сенсей не смог к ним пробиться. А это, считай, маленькая победа. Жить мне с этим будет значительно легче.
— Так не бывает! Тебе сколько лет-то вообще⁈ Ты кто такой, а⁈ Кто такой, я тебя спрашиваю⁈
— Ваше благородие, хорош орать, — попросил я. — И подумай лучше вот о чём: повязаны мы с тобой теперь, ох как крепко повязаны. Смекай! Если я сдам тебя, то ты тут же сдашь меня. А если ты сдашь меня, то я тут же сдам тебя и
— Но…
— Ч-ч-ч. Дослушай. Я сдам тебя и амнистия, о которой ты только что влажно фантазировал, тебе вообще не поможет.
Агафоныч вопросительно вскинул бровь.
— Почему?
— Да потому что. Помнится, ты сам поучал меня насчёт того, что бывает если господам в голову залезть. Ну а если залезть туда с целью кинуть на деньги, ну ты понимаешь, да? Его Императорское Величество может и простит, а вот очередь из желающих вызвать тебя на дуэль один хрен выстроится отсюда и до…
— Да понял я уже всё, понял.
— Ну вот и хорошо, раз понял.
Барон отвернулся от меня, заложил руки за спину и драматично уставился в небо, на первую звезду. А я вопреки обещаниям поднапрягся и влез к нему в голову, — хотя не исключаю, что Агафоныч просто позволил мне это сделать.
Так вот. Внутри было не сказать, чтобы грустно. Отнюдь! Несмотря на текущие дела, барон сохранял оптимизм и вкус к жизни, но какого-то исключительного, премиального качества от этой жизни уже давно не ждал. По привычке довольствовался малым и вроде как уже махнул на себя рукой.
— Гхым. Договариваемся в самый последний раз, — под влиянием момента капитулировал Агафоныч. — Готов научить тебя всему, что сам умею. Но не забесплатно, разумеется, рано не радуйся.
— Слушаю.
— Еда мне. Корм Тыркве. Койка на катере и свежая пивная кега, уж будь любезен.
— Не, — отрезал я, хохотнув. — Так не пойдёт, Вашбродие. Помощь я твою приму с радостью, но только не так дёшево. Потом сочтёмся, по справедливости. А всё, что ты перечислил — это представительские расходы.
— Как скажешь, — хмыкнул барон и опять начал свои старческие охи-вздохи на луну.
Пришлось наорать:
— Всё! — я вскочил с кеги, взял бомж-барона в захват и начал ерошить кулаком волосы. — Хорош хандрить, старый чёрт! Я готов внимать твоей мудрости! Давай же, дава-а-а-а-ай! Научи меня полностью!
И понеслись дни…
— Мастерами кунг-фу не рождаются! — заорал на весь лес здоровенный мужик в джинсовой жилетке и ка-а-а-а-ак херанул ребром ладони по сосне. — Мастерами кунг-фу становятся!
— Вась…
— Что?
— Ну дай ты ему топор уже, а?
— Не-не-не! — возразил я. — Пускай культивирует!
— Что он у тебя накультивирует-то, млять⁈ Перелом кисти⁈
— Ты даже не представляешь, на что способно человеческое тело! — продолжил я гнуть свою линию. — И он, кстати, тоже! Вот майский жук, например, согласно законам аэродинамики не способен летать, просто он об этом не знает! Вот и господину дальнобойщику подрезали крылышки! Кто-то когда-то внушил ему, что он не способен перебить рукой сосну.
— Мастерами кунг-фу не рождаются! — снова пропел мужик и снова ударил. — Мастерами кунг-фу становятся! — и из закрытых глаз покатились горькие слёзки.
Ладно. Хрен с ним. Топор, так топор. Уверен, что когда-нибудь у меня получится бустить физические способности подчинённых существ, но не сегодня. По правде говоря, сегодня у меня и подчинять-то никого не получается.
Основную волшбу творит Агафоныч, а я вроде как на подхвате, но при этом вроде как и за рулём. Сложно объяснить, но в этом и состоит вся учёба. Он кастует и даёт попробовать. Как будто… хм-м-м… как будто бы я анорексичный дрыщ, и с помощью нависающего сверху инструктора отжимаю от груди вес, который мне явно не по силам. Отпустит — не удержу, а того гляди ещё и поломаюсь. А вот так, вместе, вроде бы и норм.
Что до бедолаги, который пытается свалить сосну, — кто он такой и откуда взялся? — то тут всё очень просто.
Как я и предполагал с самого начала, за перелеском после дикого пляжа начиналась трасса. И на наше счастье, на той стороне дороги расположился целый увеселительный комплекс. Кафе, экспресс-проститутошная и стоянка для дальнобойщиков.
Кафе мы не посещали, в сомнительных услугах барышень не нуждались, а вот на стоянку повадились, и именно спящие дальнобойщики стали нашими тренировочными снарядами. Взять под контроль неодарённого, очень усталого и плюс ко всему спящего человека — это тот максимум, на который был способен Агафоныч.
Дальше, выше, сильнее — увы. Как оказалось, мой учитель навсегда застрял на своём нынешнем уровне развития.
