— Вещаю. Слушай, Вась, нравишься ты мне. Ты молодой, и мыслишь нестандартно. В тебе жив дух авантюризма и всё такое прочее…
— Кажется, этот разговор уже был, — оборвал я сенсея на полуслове. — Причём давненько.
— Да, — не стал отрицать Агафоныч. — Но это так, подводка. А поговорить я с тобой хотел о безопасности. Послушай умудрённого жизнью аферюгу, Вась, и пойми меня правильно. Не надо частить…
Не надо частить? Кажется, я сразу понял о чём зашла речь.
— Менталист уже по самому факту своего рождения рискует получить звиздюлей, — тем временем продолжил делиться мудростью сенсей. — И там, и тут, и здесь. Звиздюля ждут на каждом шагу. Звиздюля для тебя, звиздюля для меня. И для этого даже необязательно лезть господам в голову, понимаешь?
— Кажется, понимаю.
— Вопреки расхожему мнению, люди не идиоты. Позавчера ты нахлебался эликсира и подставил своего начальника, вчера устроил заварушку в придорожном кафе, а сегодня отправил в дурку здорового человека.
Агафоныч вздохнул и заложил руки за спину.
— Я хочу, чтобы ты понял, что не всё так просто. Даже если ты не сделал ничего плохого, не учинил урон и никого особо не обидел, все эти странности не пройдут бесследно. Люди будут замечать. Они будут думать, анализировать, потихоньку отходить от ментального воздействия и понимать, что кто-то побывал у них в мозгах. И вот когда они это поймут, то сразу же побегут докладывать в соответствующие инстанции.
— Та-а-а-ак, — напрягся я. — Поподробней, пожалуйста. Что за инстанции такие?
— А я и сам не знаю, — хохотнул Агафоныч. — Знаю только, что такие существуют, — и многозначительно замолчал.
— Продолжай. Что ещё ты знаешь? И давай, пожалуйста, без театральщины.
— Ну короче, — принял мой совет Агафоныч. — Я почти уверен, что существует какой-то особый отдел на базе Канцелярии, который занимается тем, что отлавливает нелицензированных менталистов. Следят за нашим братом, Вась. Мы ж не огневики какие-то убогие, пиу-пиу, бдыщ-быдыщ, мы настоящих дел наворотить можем, если захотим…
— Ты с ними сталкивался? — спросил я.
— Мне кажется, что да, — кивнул Агафоныч и вдруг резко остановился у паркового ларька. — Купишь сладкую вату — расскажу…
Что ж. Пришлось пойти на поводу у старого шантажиста. Спустя минуту мы продолжили свой путь вниз к реке. Лениво покусывая вату, сенсей рассказал мне остросюжетную историю из своего прошлого. Прямо вот очень остросюжетную, острей алмазной пилки. И жестикулировал он при этом, как бешеный.
Что-то там было про казино, и про шампанское. Про деньги и красивых женщин, со взрывами, и перестрелками, и погонями, и прыжками с крыши на крышу, и сошедшим с рельс поездом… короче, больше половины наврал сто пудов! Джеймс Бонд херов, ага.
Но если я мог позволить себе не верить в мишуру, то основной посыл настораживал. Как-то раз, во время шулерских гастролей, на Его Благородие Владимира Агафоновича Ярышкина вышли спецслужбы. Это плохо. Но поскольку он прямо сейчас со мной разговаривает, эти спецслужбы тоже ошибаются, и вот это очень даже хорошо.
— Просто прими к сведению, Вась, — подытожил Агафоныч. — Тебе нужно быть осторожней, и не пользоваться даром направо-налево. К тому же, — сенсей перешёл на шёпот. — У меня очень хорошая память на лица. И, кажется, сегодня в парке я видел одного из…
— Здра-с-с-сь!
— Ёпт! — я чуть не подпрыгнул от неожиданности.
Прямо перед нами возникла молодая деваха в сером пиджаке и очочках. С тугой дулей волос, ручкой в одной руке и планшетом в другой — ну явно администраторша. Ну явно администрировать чего-то собралась.
— Экий вы пугливый, — сказала барышня и хохотнула: — Хы-хы. Так… вы кто у меня будете?
— Паб «ПодBEERёзовик», — мгновенно нашёлся я.
— Отлично, — барышня поставила у себя в планшете галочку. — Вы шеф?
— Шеф, — кивнул я.
— Ещё лучше! Какое блюдо заявляете на конкурс?
А вот хрен его знает, какое блюдо мы заявляем на конкурс. Во-первых и в в-главных срать я хотел на этот конкурс. А во-вторых, я ведь ещё даже продуктов не видел, и не знаю, что могу. Так что надо, наверное, что-то универсальное ляпнуть.
Например:
— Ризотто.
— Ризотто? — переспросила админша. — Ризотто с чем?
— Просто ризотто, — ответил я, чуть подумал и добавил: — По-мытищински. Старинный русский рецепт шестнадцатого века, от бабушки достался. Патриоты мы. До мозга, блин, костей.
— Да! — поддакнул Агафоныч.
— Похвально-похвально, — покивала барышня, записывая мой ответ в планшет, и вроде бы уже двинулась дальше, но тут: — Кстати! Подготовьте на случай победы чистый китель.
— Зачем?
— Ну как зачем? Хы-хы. Вы же не пойдёте на сцену к губернатору в грязном?
Оп-па! Стоять! На сцену, говорите⁈ К губернатору⁈ В случае победы⁈
— И что, даже микрофон дадут?
— Дадут-дадут. Хы-хы…
А вот это мне надо! Это мне очень надо! Флаеры — хорошо. Сарафанка — классно. Реклама — двигатель торговли, и всё такое прочее. Но обратиться ко всему городу и пригласить людей на «El Baion Party» прямо со сцены — это же бесценно. Такой шанс просто нельзя упускать и…
Что ж. Придётся теперь мне выигрывать кубок губернатора с ризотто по-мытищински.
