Обошёл его, присел за столик к Агафонычу, почесал Тыркву за ухом и начал наблюдать. Причём не только обычным зрением, но и ментальным щупом. Не буду врать, задача прочесать окрестности магией была сложной. Возможно даже, слишком сложной для менталиста моего уровня.
А дело в том, что я сейчас оказался в толпе.
В радиус моих ментальных способностей набилось несколько сотен человек, и все они разом думали о чём-то своём, и о чём-то своём вспоминали. Без конкретной цели и работая, что называется, по площади, я слышал один лишь шум. Обрывки чужих мыслей, одна поверх другой и внахлёст, они не имели никакого смысла. Так ещё и защитные побрякушки, щедро разбросанные по толпе, тянули из меня соки.
Короче… Даже если прямо сейчас гадина в своём внутреннем монологе радуется тому, как ловко спёр мои грибочки, я не сумею это выхватить. Ладно. Попробовать стоило, но так явно не пойдёт.
— Что случилось-то? — спросил Агафоныч, отхлебнув пивка. — Ищешь кого-то?
— Ищу, — согласился я. — Грибы украли.
— Грибы? — сенсей оглянулся. — Гнилой народец, однако, тащит всё что ни попадя. Да-а-а-а… Жаль, что с нами сейчас нет той сочнопопной анималистки… как её там? Стася, да? А то отправили бы Тыркву по следу, и всего делов.
Агафоныч ещё чуть поглазел по сторонам, а затем уселся прямо и вынес свой вердикт:
— Ну это явно кто-то из других поваров.
— Знаю.
— Предположения есть?
А ведь вообще-то есть. Сушильных дел мастер с недовольной рожей уж больно сильно подозрителен был. Всю дорогу завистливо смотрел, как Гио отдаёт шампур за шампуром, а Мишаня проливает через краны бесстыдные литры пенного.
Загадка и не загадка вовсе. Это точно он. Вот только теперь надо как-то доказать его вину, при этом не сказываясь менталистом, да и вообще… где он? Куда подевался этот чёрт?
В шатре с гордой вывеской «Сушишка» суетились молодые ребята в стилизованных под кимоно кителях, а вот их морщинистый узкоглазый предводитель пропал. И кстати… «Сушишка», блин. Беспощадный русский нейминг. Могу сходу дюжину таких же каламбуров состряпать: «Сушифер», «Сушизик», «Сушимпанзе», «Сушиномонтаж». Или вот ещё: «Суширево». Последнее сразу со слоганом: «Наши роллы вызывают привыкание», — и тощая панда в качестве маскота расчёсывает себе лицо. Готовое бизнес-решение. Бери, да делай.
Так… Помнится, Санюшка зачастил курить с тем японцем. А потому недолго думая, я прошёл обратно за шатёр и вызвал фритюрмейкера на беседу. Спросил, о чём разговаривали.
— Спрашивал про блюдо для конкурса, — в очередной раз подтвердил мои догадки Санюшка. — А чо?
— Не-не, ничо.
И тут мне свезло. Чистая удача, — или же Карма в обмен на свободу Коли-Толи, — направила мой взгляд на аккуратный рядок биотуалетов, расположенных подальше от главной аллеи. Внезапно дверь одного из них открылась. Открылась и открылась, казалось бы, эка невидаль. Однако внутри не было никого! Так же сама по себе дверь закрылась и зашелестели близлежащие кусты. И хихиканье ещё такое мерзкое раздалось, еле-еле слышное.
— Пойдём, — сказал я Санюшке, затолкал его обратно в шатёр, а сам оставил себе щёлочку в брезенте и продолжил наблюдать.
Шуршание становилось всё ближе и ближе, ближе и ближе. Теперь я даже видел, как приминается трава под чьими-то шагами. Я даже начал готовиться к драке! Подумал херануть наотмашь, когда невидимка подберётся вплотную, но тут вдруг шаги резко свернули и протопали к соседнему шатру.
Но только не к «Сушишке», а к другому, — с той стороны. И кстати! С той стороны мы соседствовали с очень достойными ребятами. Заведение «Cosa Nostra», как понятно из названия, готовило блюда с родины дедушки Каннеллони. И фишкой сегодняшнего дня они выбрали сырную пасту, которую готовили прямо в гигантской пармезановой голове.
Быстро, вкусно, эффектно. Одобряю.
И как бы не хотелось признавать, но по фотографибельности они нас действительно уделывали. Каждый гость считал своим долгом записать кружочек о том, как горит и плавится пармезан. Но! Вот это они удивятся, конечно, когда соседняя шашлычка нагнёт их в конкурсе с блюдом из их же кухни.
— Хи-хи-хи-хи-хи, — с весьма различимым азиатским акцентом послышалось совсем близко.
Затем брезент «Коза-Ностры» чуть приподнялся, и невидимка проскочил внутрь. Спустя секунду раздался хруст, затем что-то заискрило и кто-то заорал. Причём не: «Мамма-мия!». И вовсе не: «Вафанкуло!», — а родное сердцу: «Ёптвоюмать!».
Брезент снова приподнялся и шустрые босые шаги утопали к биотуалетам.
Из «Коза Ностры» выскочил обугленный повар. Волосы дыбом, взгляд блуждающий, и дым носом идёт. Короче говоря, шибануло мужика неслабо. Следом за ним выбежали коллеги и принялись бурно обсуждать — как так вышло, что силовой кабель паста-бойлера взял, да и сам собою перерубился напополам?
Ну а я продолжил тайком наблюдать за сортиром.
Дверь снова открылась и снова закрылась. А спустя минуту наружу вышел он. Тот самый узкоглазый чёрт, которого я и подозревал. То есть, что получается? Получается, гадина решила не только нам карты спутать, а выбить из соревнования вообще всех.
