8) Если же он не любит его, то люди скажут: Он человек самодовольный и сам говорит себе: я все знаю. Его самодовольный голос и вид будут держать людей на расстоянии 1000 ли. Когда же люди принципа будут останавливаться за 1000 верст от него, то льстецы и сикофанты нахлынут к нему. А живя с льстецами и сикофантами, хотя бы он желал устроить государство, разве он может добиться этого[42] ?
1) Чэнь-цзы сказал: При каких условиях благородные мужи древности вступали на службу? Мэн-цзы отвечал: Было 3 условия, при которых они поступали и также 3, при которых они удалялись со службы.
2) Когда их принимали с крайним почтением и с соблюдением правил вежливости и когда видно было, что то, что они скажут, будет исполняемо князем по их словам, то они поступали к нему на службу. Но, если потом оказывалось, что, хотя вежливое обращение с ними и не уменьшилось, но их слова не исполняются, то они оставляли его.
3) Хотя князь и не осуществлял их слов, но принимал их с крайним почтением и с соблюдением правил вежливости, то они поступали к нему на службу и оставляли его, когда вежливое обращение уменьшалось.
4) Последнее условие — когда благородному мужу нечего есть ни утром, ни вечером и он от голоду не в состоянии выйти из ворот и князь, услышав об этом, скажет: Я не могу осуществить его доктрины, а также сообразоваться с его советами, но мне совестно, чтобы он страдал от голода в моей земле, — тогда можно принять предложенную помощь, достаточную только для того, чтобы не умереть.
1) Шунь поднялся из земледельцев. Фу Юе был призвав на службу с постройки стен; Цзяо-гэ — с промысла рыбою и солью, Гуань И-у — из тюрьмы; Сунь-шу Ао — с поморья и Бо-ли Си взят был с рывка[43].
2) Поэтому, когда небо желает возложить на кого-либо великое бремя, то оно непременно предварительно испытывает его волю страданиями, утруждает работами его мускулы и кости, морит его организм голодом, повергает его в крайнюю бедность, идет наперекор его поступкам и спутывает его действия, с тою целью, чтобы возбудить трепет в его душе, закалить его характер и восполнить его немощь[44].
3) Обыкновенные люди могут исправляться только после постоянных ошибок. У них поднимается энергия после того, как они с неимоверными умственными усилиями поймут в душе свои ошибки. Они познают их после того, как они проявятся в лице, или голосе человека[45].
4) Когда внутри государства, при государе, нет закономерных, наследственных вельмож и достойных помощников, а вне нет враждебных владений и внешних напастей, то такое государство обыкновенно гибнет[46].
5) Из этого мы познаем, что жизнь происходит от скорбей и напастей, а смерть — от спокойствия и удовольствий.
Мэн-цзы сказал: Существует много способов обучения. Я например отказываю в наставлении человеку недостойному, но этим самим я только наставляю его[47].
По мнению ученого автора Сы-шу-вэй-гэнь-лу шесть предшествующих глав соч. Мэн-цзы представляют собою более законченный и систематизированный труд. Что же касается настоящей главы отличающейся лаконизмом и глубиною мысли, то она была составлена Мэн-цзы на закате его жизни и представляет собою наброски его мыслей, выходившие из под его кисти по мере того, как его ум поражался чем-нибудь и потому не всегда отличается строгим порядком. Суть этой главы заключается в первом ее отделе.
1) Мэн-цзы сказал: Кто постиг свою душу в целом ее объеме, тот знает свою природу. Кто знает свою природу, тот знает небо[1].
2) Сохранять свою душу и воспитывать свою природу, — это есть то, чем мы служим небу.
3) Когда ни преждевременная смерть, ни долголетие не порождают в человеке колебания относительно его деятельности и он, занимаясь самоусовершенствованием, ожидает своего конца, то этим он поддерживает дарованную ему небом жизнь[2].
1) Мэн-цзы сказал: Все зависит от предопределения; но человек должен покорно принимать только то, что действительно относится к нему[3].
2) Поэтому тот, кто понимает предопределение, не будет стоять под стеною готовою упасть[4].
3) Смерть человека при исполнении своего долга есть действительное предопределение.
4) Смерть же в оковах не есть действительное предопределение.
1) Когда мы, ища, приобретаем, а бросая теряем, то в этом случае искание полезно для приобретения, потому что искомый предмет в нас самих[5].
2) Когда мы ищем то, что законно, но приобретаем только то, что нам предопределено, то в таком случае искание бесполезно для приобретения, потому что искомое вне нас.
1) Мэн-цзы сказал: В нас есть все[6].
2) Нет большего удовольствия, когда, обращаясь к себе, мы находим, что мы искренны[7].
3) Ближайший способ к отысканию человеколюбия заключается в том, чтобы в деятельности быть усердным и снисходительным к другим[8].
