Крохотный Поселок 02–07 на краю земли…В водах расположенного неподалеку озера обнаружено тело утопленника. В Поселке погибшего никто не знает. Но, как ни кощунственно это звучит, трагическое происшествие никого не удивило — подобное случалось уже не раз. С языка коренных жителей название озера можно перевести как «Воды, куда приходят чужие мертвые». Местный шериф обязан составить протокол и сообщить о происшествии краевым властям.Лида Метёлкина в составе группы молодых людей едет в Горный Алтай для прохождения летней практики. Казалось бы, где Поселок, а где Алтай? Но не тут-то было…Действие романа разворачивается в трех локациях: север Красноярского края, Кузбасс и Горный Алтай.Читатель снова встретится с Лидией Метёлкиной — девушкой, видевшей Красную Мглу и обладающей даром оказываться в эпицентре загадочных, пугающих событий. Ее наставнику Максиму Евгеньевичу Шишкову придется проявить терпение и волю, чтобы осуществить свои планы и не ударить в грязь лицом перед учениками.
Фёдор Неряхин проснулся, не дожидаясь сигнала будильника, или, как он иногда с гордостью говорил: «Проснулся сам». Весеннее солнце задорно посылало лучики-щупальца в щели светозащитных штор. Сладко потянувшись, (а почему бы и нет, когда никто не видит?) Фёдор встал, быстро собрался, вышел из своей комнаты и спустился на первый этаж. По привычке плотно позавтракав, отправился на работу.
Когда мама Феди Неряхина радовалась за сына, поступившего на престижный юридический факультет, в своих мечтах она видела повзрослевшего Фёдора красивым, солидным молодым мужчиной в отлично пошитом костюме и добротных туфлях, с портфелем, модельной стрижкой и непременно в дорогих с тонкой оправой очках. Она лелеяла свою мечту несколько счастливых лет, ровно до того момента, как молодой юрист Неряхин, промаявшись несколько лет в фирме средней руки, подписал пятилетний контракт и уехал работать на Плато.
Мама плакала. Ей было больно отпускать от себя любимого сына, и в глубине души она понимала, того, кто пройдет службу на Севере, уже никогда не увидеть со стильной стрижкой и в тонких очках.
Изредка Фёдор присылал матери свои фото. В унтах зимой и болотных сапогах летом, в неизменной штормовой куртке и накомарнике, он словно смеялся над ее заветной мечтой. Парикмахера в Поселке не было, и доктор Затеев с помощью машинки делал всем желающим стрижку no name. А об очках вообще пришлось забыть — промаявшись сезон с вечно замерзающими стеклами в ненастном, морозном климате, Фёдор, при первой же возможности, сделал операцию по коррекции зрения.
Но все же материнская надежда умерла не сразу. Ведь ее мальчик слишком интеллигентен и слишком мягкосердечен, он, в конце концов, не сможет жить среди грубых, полудиких людей! Но свершилось чудо — в России и небываемое бывает! — именно спокойствие и выдержка Фёдора, его врожденное чувство справедливости оказались востребованы. На Севере он пришелся ко двору, и его карьера быстро пошла в гору.
Вот уже два года домом Фёдора было общежитие гостиничного типа, в котором жили такие же, как и он сам, специалисты и служащие, приехавшие на Плато работать по контракту. Вроде бы, жаловаться не на что — отдельная комната со всеми удобствами, плюс столовая и прачечная на первом этаже, но временами заедала Фёдора глухая тоска, когда не в радость ни работа, ни скудные мужицкие развлечения. Ничего не скажешь, поступая пятнадцать лет назад на престижный юридический факультет, он и представить себе не мог, куда занесет его служба.
Вот и сейчас Фёдор с ностальгией думал о родном Кемерово. Начало июня. В его город уже пришло лето, заискрились фонтаны, запестрели яркими цветами городские парки. Школьники вкушают свободу после окончания учебного года, а девушки и дамы убрали подальше теплые вещи и демонстрируют миру стройные ножки.
Начало июня. На Плато почти полностью сошел снег, и взгляду открылась мертвая, бурая прошлогодняя трава. Но яркое весеннее солнце и свежий ветер не позволили Фёдору долго хандрить, он приободрился, окинул взглядом двухэтажное здание общежития по адресу: улица Центральная, дом 3, и зашагал к своему офису.
И ничего удивительного — солнце в этих краях способно творить чудеса. Круглосуточно сияющее на небесах светило дарует жизненную энергию неизбалованной лаской здешней природе, позволяя всему живому жить и расти, торопиться максимально использовать те немногие недели, когда земля свободна от снега и льда.
В такую погоду Поселок 02–07 представлялся Фёдору почти уютным уголком. Он был административным центром обширного района, одного из тех, на которые новая власть разделила огромную территорию Плато. Двенадцать домов, почти полторы сотни жителей — по местным меркам масштаб нешуточный. В Поселке базировалась администрация, медчасть, метеостанция, универсальный магазин типа сельпо и даже небольшой собственный авиаотряд.
Фёдор шел по Центральной и единственной улице поселка. По обеим ее сторонам возвышались однотипные малоэтажные дома на сваях. Фёдор привычно поморщился — он так и не смог привыкнуть к их ярко-красной, флюоресцирующей расцветке. Но ничего не поделаешь: в туман, в метель яркая окраска домиков может спасти жизнь какому-нибудь заблудившемуся путнику. Но с чем не смирился Фёдор, так это с мусором и беспорядком в Поселке. Вступив должность, он в первое же лето недрогнувшей рукой навел порядок, и всем стало приятнее жить без мусора и грязи и ходить по аккуратным гравийным дорожкам.
А пока что улица Центральная привела Фёдора к зданию администрации. Название должности, которую занимал здесь Неряхин, даже и сам он не мог повторить без бумажки, поэтому называли его в Поселке просто — шерифом. Плато уже несколько лет имело статус «Особо управляемой территории», а Фёдор был главой исполнительной власти района, назначаемым непосредственно председателем правительства. На деле это означало, что на своей территории он имел практически неограниченную власть.
