Всякий раз, находясь в обществе собственного мужа, она только сильнее ощущала неловкость и отчужденность. К такому Абрахасу было сложно привыкнуть, как и к преследовавшему её чувству вины перед ним, что напоминало о себе всё чаще, подталкивая к решительным действиям. Только храбрость куда-то испарялась, стоило им пожелать друг другу спокойной ночи.
Аврора осторожно раздвигала платья на вешалках в поисках домашней одежды, которую домашней назвать не поворачивался язык. Блузка, безрукавка и длинная юбка из тёмно-синей тончайшей шерсти немногим отличались от тех, в которых она пришла.
Аврора вздрогнула, когда, взяв с полки нужную одежду, она обернулась и увидела прислонившегося к дверному косяку Абрахаса. Его настроение она совершенно разучилась читать по лицу, взгляд был прямым, безучастным — так он смотрел на всех, кроме неё… когда-то.
— Не хочешь рассказать о вашем визите в Гринготтс? — проявил он дежурный интерес, как обычно.
Аврора, спрятавшись за ширмой, стала переодеваться и, выпутавшись из узкой водолазки, не забыв при этом попробовать на вкус свои волосы, ответила:
— Всё прошло довольно быстро, спасибо брату Друэллы, в сейфе была кучка золота и не слишком ценные вещицы, какие-то документы, пара книг, собственно, на этом всё. Лорд Малфой, мне показалось, был не слишком-то удовлетворён моим приданым, — рассудила она, припомнив поведение свёкра. — Вряд ли это покроет мой долг перед вами.
— Понятно, — коротко ответил Абрахас и вышел из гардеробной, вновь оставив Аврору с ощущением недосказанности. Однако через несколько секунд из гостиной донёсся его голос. — Я прикажу подать тебе обед.
— А ты обедал?
— Нет, но меня зовёт отец, — его голос отдалялся, Абрахас, скорее всего, уже находился у двери из гостиной.
— Я подожду тебя, — предложила Аврора, справившись с застежкой юбки и, наконец, выходя из гардеробной.
— Не стоит, это надолго, — бросил Абрахас и, даже не взглянув на супругу, удалился прочь, впустив в комнату кота, волочащего за собой нечто, по форме напоминающее огромную крысу — свою любимую игрушку.
Оставшись одна, Аврора присела на диван и поманила Пыща, тот, поднатужившись, сделал прыжок и уселся к ней на колени, продолжая грызть свою пищащую игрушку. Иногда казалось, что только он понимал, как ей необходима компания и даже перестал использовать её гардеробную как личную уборную…
***
— Завтра тебе нужно будет зайти к Думнкопфу, подписать некоторые документы, — сразу же начал Луи с ценных указаний, как только Абрахас вошел в его кабинет; подождав, пока сын займёт кресло напротив, он продолжил: — Сумма небольшая, однако, по крайней мере, она покроет часть наших расходов на Аврору до свадьбы, — цинично рассудил он, перелистывая какой-то отчёт. — Да, я бы на твоём месте присмотрелся к Йену Розиру, более смышлёный парень, нежели Крауч и Блэк, — Абрахас внутренне напрягся, припоминая о некоторых разногласиях с Розиром в прошлом, но, в целом Йен, по мнению самого Абрахаса, действительно был неплохим парнем. Время стёрло отголоски ревности из-за Эвелин, и Йен тогда поблагодарил его за помощь Друэлле. — У него много связей в Гринготтсе, хоть он и совсем юн…
— Хорошо, отец, — отозвался Абрахас. — Что-то ещё?
Луи поднял взгляд на сына, закрыл папку и положил её перед ним.
— Положи это на ту полку, — и указал на самый верхний шкафчик стеллажа, почти под самым потолком, до которого вряд ли можно было дотянуться без помощи стремянки. — Я забыл волшебную палочку в мантии, — пояснил Луи, похлопав себя по карманам сюртука в знак доказательства.
Абрахас сдержанно кивнул, ничем не выдавая своего волнения, достал волшебную палочку и направил на папку. Он благодарил всех великих волшебников, когда папка взмыла в воздух и полетела к той высокой полке, но радоваться было рано: не долетев всего несколько дюймов, она сорвалась и шлёпнулась на паркет, раскрывшись на первой странице.
— Я так и знал, — голос Луи звучал спокойно, однако именно в таком тоне отца Абрахас умел находить настоящую угрозу — о раздражении, даже гневе, свидетельствовали и начинающие наливаться кровью глаза. Грудная клетка лорда Малфоя медленно расширялась и сужалась, точно он пытался успокоиться, что давалось ему с трудом. — Ты не спал со своей женой, верно? — вкрадчиво спросил он.
— С чего ты взял? — хмыкнул Абрахас, но едва удержался от того, чтобы не вздрогнуть, когда слух резанул голос отца, точно раскат грома:
— Не смей мне врать! — вспылив, Луи стукнул по столу кулаком и вскочил с места, упершись ладонями в столешницу. — Ты думаешь, что последствия незавершенного ритуала — это байки? Разве мать не объяснила тебе доходчиво, что с этим шутки плохи? Кровь Авроры едва сработала, чтобы распечатать этот бесполезный сейф! — он всё больше раздражался и склонялся над столом, угрожающе нависая над сыном. — Она теряет магию, так же как и ты, чёрт, ваша магия съедает сама себя, вы, глупые дети! Неужели это так трудно? И как ты посмел позволить себе подобное? Мне не нужен сын сквиб! Ты должен был взять её ещё в брачную ночь!
