Том почувствовал облегчение, всё шло по плану. Цигнус, хоть и остался ему близким другом, но не был ознакомлен с аспектами деятельности лорда Волдеморта и вальпургиевых рыцарей, он вообще понятия не имел, что Волдеморт — является прозвищем лучшего друга. Гордон Лестрендж теперь сможет развернуться в Британии, недоверие волшебников превратится в восхищение, когда он окажет материальную поддержку кучке магглов, лишившихся родственников из-за взрыва газопровода — по официальной версии маггловской газеты «The Times», чей новостной таблоид был быстро состряпан из фальшивых воспоминаний магглов. Каспар, командовавший на месте происшествия группой стирателей памяти, позаботился о том, чтобы магглы не вспомнили чего-либо лишнего, например, лицо Эйвери или присутствие Абрахаса — мужчины, который как по волшебству «растаял в воздухе». Что Малфой делал в Барбикане и прилегающих к нему улицах — до сих пор оставалось загадкой.
— Насчет Малфоев можешь не переживать, они первыми поддержат Лестренджей, — заверил Том. — Вот увидишь.
После стука в дверь и приглашения, в кабинет неожиданно вошла Аврора, держа в руках увесистую папку.
— Простите, а миссис Лестрендж… — но она запнулась, увидев во главе стола Тома, чьё лицо выражало недовольство из-за прерванной беседы. — Извините, я думала, это её кабинет…
— Теперь его занимаю я, — спокойно заявил Том. — Новый кабинет Садалсууды был отремонтирован, и она незамедлительно переехала туда. Вам по коридору направо, третья дверь, леди Малфой.
— Доброе утро, Аврора, — поздоровался Цигнус — она в ответ только кивнула.
Том сделал вид, что вернулся к бумагам на столе, хотя перед ним лежала всего лишь смета ремонта офиса Лестренджей, снявших целый этаж в здании неподалёку от министерства магии. Цигнус никак не прокомментировал его поведение после ухода Авроры, но почему-то у него сложилось впечатление, что Том весьма некомфортно чувствует себя в обществе леди Малфой, а она как будто испугана, каким бы абсурдом это не казалось.
Закрывшая с той стороны дверь Аврора на негнущихся ногах двинулась к указанному кабинету, совершенно не разбирая дороги, однако на повороте столкнулась с кем-то идущим ей навстречу и благополучно грохнулась на пол, выронив свою папку, из которой в воздух взметнулись листы, исписанные её крупным размашистым почерком.
— Леди Малфой, это вы? Ох, прошу прощения! — Рудольфус Лестрендж с искренним беспокойством в синих глазах протянул ей руку, но она не приняла её, а стала сидя собирать бумаги. — Вы сильно ушиблись? Простите, я так спешил, что не смотрел по сторонам…
— Это вы меня простите, Руди, я слегка задумалась, — взгляд Авроры внезапно наткнулся на лежащую на буром ковролине коридора книгу, выпавшую из находящегося рядом бумажного пакета. — О, вы готовитесь к учебному году в Хогвартсе? Поздравляю, это отличная школа…
Но вглядевшись в угольно-черную обложку объемного фолианта, ошибочно принятого ею за учебник, Аврора вдруг оцепенела от непонятного чувства — на обложке книги с железными уголками, на одном из которых были выдолблены две витиеватые буквы «S», находилось изображение выпустившей раздвоенный язычок головы змеи. Мелким курсивом было написано едва приметное название книги «Обряды с использованием крови человеческой для продвинутых адептов тайного знания”.
— Это… это, — она ткнула в неё пальцем, пытаясь не потерять чувство дежавю, возникшее в сознании, но постоянно ускользающее за пределы памяти. — Это книга, написанная Салазаром Слизерином?
По расширившимся глазам Руди Лестренджа, Аврора поняла, что попала в точку. Мальчик быстро схватил книгу, сунул её обратно в пакет и умчался за поворот, скрывшись, кажется, за дверью кабинета Тома, и даже не помог собрать выпавшие из папки листочки. Стоило прикрыть глаза, как в голове странным эхом вспыхнула картинка — небольшая комната с ужасным беспорядком, будто в ней происходила магическая дуэль: опрокинутый буфет с разбитыми статуэтками занимал чуть ли не половину небольшого помещения. На горе сползших со стола бумаг и книг сидел убийца — Эзраэл Уидмор, кажется, он был без сознания. Эта книга валялась на полу возле его ног… Но в комнате находился кто-то ещё, кто-то, чьё лицо таинственным образом словно было замазано густым слоем черной краски. Что это за дом? Что это за комната? Во рту внезапно появилось странный привкус воспоминаний — гниль, нечто пакостное, вызывающее рвотные позывы… Псилоцибе конская…
Аврора очнулась от воспоминаний в холодном поту и поняла, что всё ещё сидит на полу в коридоре офисов Лестренджей и пытается остановить бешено колотящееся от испуга сердце. Что же это было? Она почувствовала, что не может подняться — так силён был шок пережитых воспоминаний, — и услышала, как негромко отворилась дверь.
— Аврора, Мерлин, что случилось? — Цигнус со скоростью заклинания очутился возле неё и, подхватив под локоть, помог встать на ноги. — Ты упала? Ты цела? — он бросился собирать её документы, совершенно позабыв о том, что для этого можно использовать довольное простые чары.
