— Что? Том? Как? Почему я должна верить вам?
— Потому что я помогла тебе решить вопрос с беременностью, ты ведь сейчас носишь под сердцем сына… — она усмехнулась, глядя на реакцию Авроры. — Вижу, для тебя это неожиданность, что ж, он ведь совсем ещё кроха, не больше недели.
— Откуда вы, как вам удалось? — Аврора уронила сумку на пол и прижала ладони к животу, снова опасаясь, не подвел ли её слух. — Сын? — она, казалось, даже не могла осознать этого и говорила словно в тумане, позабыв обо всём остальном.
— Тебе снова объяснять про мой дар? Это будет мальчик, очень похожий на тебя, сложно объяснить, откуда у меня бывают такие вспышки силы, но, кажется, я будущее видела… Твой сын будет рядом, когда тебя отправят в прошлое… Только он не будет знать о том, кто ты, так же, как и этот тёмный Том. Аврора, ты меня слушаешь?
— А? — слабенько отозвалась та, будто на неё свалились все муки мира.
— Когда решишь уйти, ты должна стереть о себе все воспоминания. Ты должна уверить всех, что Авроры Уинтер никогда не существовало, иначе то будущее, из которого ты пришла, может и не наступить…
— Что значит, я решу уйти?..
На животе возникло ощущение некой тяжести, и это что-то начало тарахтеть, точно огромная пчела. С трудом приоткрыв левый глаз, Аврора увидела на себе гору мраморно-серого меха, трубно вибрирующую и мнущую ей ребра. Спихнув кота на кровать, она схватилась за пульсирующие от боли виски, пытаясь понять, как оказалась в своей спальне, когда несколько секунд назад стояла под проливным дождём у дуба на речке, сжимая в руке флакон с заветным зельем. Сейчас на ней была сухая одежда, в окна, выходящие на восточную сторону ярко светило солнце. Аврора была совершенно дезориентирована, боль в голове напоминала похмельную; призвав эльфа с просьбой принести ей болеутоляющее, она встретила испуганный озабоченный взгляд.
— Госпожа, вы так сильно всех напугали! Квинси сейчас позовёт господина и профессора Дамблдора…
Запыхавшийся Абрахас, видимо преодолевший лестницу на второй этаж в несколько прыжков, без слов бросился к супруге и заключил её в крепкие объятия, несмотря на протесты из-за больной головы и онемевших конечностей.
— Слава Мерлину, Аврора, мы все так сильно переживали за тебя!
Но она лишь непонимающе склонила голову набок.
— Что случилось? Я… была на улице, а потом вдруг очутилась здесь, — рассказ про зелье она опустила, хотя наверняка Абрахас уже видел флакон. Неужели зелье виновато в провале в памяти? Аврора тихонечко ахнула, удивляясь, как ей в голову пришло совершить такую ужаснейшую глупость.
— Ты ничего не помнишь? Совсем ничего? — он порывисто заключил её лицо в ладони и поцеловал в лоб. — Ох, что же с тобой стряслось…
Взгляд Авроры переместился к дверям, где стоял хмурый дедушка, вовсе не собирающийся выражать беспокойство. Глядя поверх очков, он терпеливо ждал, когда Абрахас закончит выражать радость по поводу того, что супруга пришла в себя, и медленно постукивал пальцами по сгибу локтя. Взгляд его не предвещал ничего хорошего.
— Дедушка…
— Абрахас, не оставишь нас с Авророй наедине? — спросил Альбус, подходя к кровати. — Я бы хотел провести осмотр, — он демонстративно взял её запястье и прощупал пульс.
Тот не стал возражать, несмотря на очевидную таинственность их предстоящего разговора и, предупредив, что зайдёт попозже, покинул спальню, плотно прикрыв за собой дверь. Напряжение, ощущавшееся Авророй, было сродни вины осужденного перед Визенгамотом. Резко одернув полы тёмно-серой мантии назад, Альбус присел на кровать и, обхватив руками колено, распрямил плечи.
— Давно я в отключке? — спросила Аврора, стараясь не поддаться искушению опустить взгляд; только сейчас она заметила, что несколько пальцев её рук были перебинтованы.
— С позавчерашнего вечера, — донесся ответ без особых эмоций. — Не хочешь мне поведать, откуда у тебя было экспериментальное зелье, а главное, зачем ты его приняла?
— Взяла на том эксперименте над мистером Хедли, — честно призналась она, не спрашивая, как дедушка узнал.
— Что ты помнишь из того, что произошло после того приёма? — беседа всё больше напоминала следственный допрос; Аврора лишь мотнула головой, вызвав у Дамблдора некий звук, похожий на расстроенный рык.
— Совсем ничего?.. Ты едва не убила мистера Каспара Крауча на глазах у его жены и ребёнка, — с недоверием к собственным словам произнёс он, наблюдая искреннее ошеломление на лице внучки.
— Я? Зачем? — Аврора испуганно вздохнула. — Что произошло?
Альбус поправил очки и снова нахмурился.
