На ватных ногах она как можно быстрее добралась через полупустой паб мимо барной стойки к задней двери. Наверное, выглядела Аврора сейчас как пьяная, раскачиваясь из стороны в сторону. Несмотря на спутанное сознание, она довольно ловко справилась с кирпичами и уже вышла через образовавшуюся арку в Косой переулок, где накрапывал мелкий дождик. Осознание, что Абрахас и дедушка, наверное, сейчас с ума сходят, настигло её приступом вины — Аврора совершенно не понимала, как попала на торговую улочку и, оказывается, прошла от библиотеки не меньше трёх миль; на улице уже темнело, однако солнечные очки она не сняла. Странное ощущение нереальности всего происходящего становилось всё крепче, как и понимание, что с ней действительно творится что-то неладное. Вмиг настигшее переутомление ясно давало понять, что с аппарацией лучше не связываться, если она не хочет оказаться расщепленной на части. Холодный дождик быстро промочил её шляпку и плечи пиджака, но Аврора и не помышляла отправиться обратно в «Дырявый Котёл», чтобы воспользоваться камином. Взгляд бармена Тома, недоверчиво скользнувший по ней во время короткого полупьяного перемещения через паб, мгновенно отохотил от этой затеи. Потихоньку приходя в себя, она вдруг поняла, что выглядит и ведет себя, как городская сумасшедшая, бесцельно слоняющаяся по улицам. Неужели это действительно признаки наступающего на пятки безумия?
Подавив всхлип, полный расстройства и разочарования в самой себе, Аврора двинулась к почтовому отделению, где располагался подключенный к сети общественный камин. Всё, чего она хотела — это поскорее добраться домой, повинно взглянуть в глаза мужа и как следует проплакаться в подушку от нахлынувшей безысходности. Дома и стены лечат — посему вариант действительно казался спасительным. Она не могла объяснить причины своего поведения, но будто не владела своим телом, замыкалась в себе и своих мыслях — разум, кажется, был переполнен, именно отсюда и были все мигрени, головокружения и носовые кровотечения. Мозг просто не справлялся с таким количеством информации и решал эту проблему по-своему… Аврора слышала, что были случаи, когда сознание просто отключало болезненные воспоминания, и, несмотря на то, что столько лет стремилась вспомнить свою прошлую жизнь, сейчас она мечтала всё забыть.
Воспоминания угнетали, не давали здраво мыслить, уже сейчас Аврора чувствовала, какой груз ответственности несут в себе обрывки памяти — Лорд Волдеморт, обещавший стать новым Геллертом Грин-де-Вальдом, Первая и Вторая магические войны, о которых она толком ничего не знала, Гарри Поттер — мальчик, ставший героем во младенчестве — всё это было обузой, постепенно приводящей к безумию. Даже если и удастся вспомнить всё окончательно, прекратятся нестерпимые приступы и жуткие ночные кошмары, всё встанет на свои места, всё равно жизнь со знанием будущего не обещает спокойствия. Делая каждый шаг, Аврора будет бояться нарушить пространственно-временной континуум. Ну почему? Почему она не слушала дедушку, когда тот говорил, что воспоминания принесут только боль? Может, время само хотело отнять их при перемещении…
Впав в окончательное уныние, она горько заплакала, ощущая, как теплые дорожки слёз сбегают из-под очков по щекам. Шмыгнув носом и прокашлявшись, уверяя себя, что стоит держаться хотя бы до дома, Аврора оказалась у здания почты и уже собралась войти внутрь, как её вдруг толкнули плечом, но случайный прохожий, не извинившись, завернул за угол, где начиналось ответвление Лютного переулка.
— Антонин? — прошептала Аврора, и, казалось, узнала волшебника только после того, как произнесла имя.
Она осторожно выглянула за угол, где скрылся Антонин Долохов — слизеринец, учившийся в Хогвартсе на несколько курсов младше её. Этот щупленький паренёк был так же пару раз замечен ею в обществе Тома в последние несколько месяцев и вёл себя как мелкая сошка, расстилаясь перед Риддлом. Прежде чем осознала что делает, Аврора выглянула из-за угла в Лютный переулок, чтобы убедиться в собственных догадках. Вёл он себя странно — всё время озирался по сторонам, остановившись возле магазина гигантских пауков, убедился, что на него никто не обращает внимания, накинул капюшон мантии и ускорил шаг, пока не нырнул в узкий проход между зданиями. Он выглядел точно преступник, вот-вот собиравшийся совершить некое злодеяние…
