В этом и была загвоздка: Риддл был другим — это чувствовалось сразу, его можно было сравнить с фестралом. Не поддается логическому объяснению, но с тех пор как Джоконда стала видеть этих тварей, она словно различила в Томе что-то, что раньше было незаметным, невидимым, только все её непонятные ощущения невозможно было понять и обосновать. Она никак не могла осознать, что не так с его глазами, раньше в них чудилась бездна, загадка, романтика, а теперь… Нечто отталкивающее, мертвое…
Она упорно старалась найти оправдания своим ощущениям, но почему-то… почему-то поняла, что всё еще интересуется им, только не той детской любовью и желанием постоянно попадаться на глаза. Чувства стали другими, размеренными, куда-то пропала неловкость при встрече с ним, теперь ей было легче пройти мимо, поучаствовать в случайном разговоре или даже поспорить.
— Джеки! — донесся радостный голос. Ребята обернулись и увидели Аврору, закутанную в теплую мантию с мехом немного не по погоде, словно она собралась в долгий путь: её волосы нещадно трепал ветер, разрывая белоснежные пряди. — Ой, я не вовремя, да? — смущенно сказала она, поглядев на Абрахаса.
— О, это ты, девочка, которая всегда приносит с собой улыбку? — хихикая, спросила Джоконда.
— И подарки, — продолжил Абрахас, уголки его губ невольно поползли вверх. — Присаживайся, — он немного подвинулся, чтобы освободить Авроре место. — Как твои дела?
— Ужасно, профессор МакКалог отказался вести у меня дополнительные занятия, — надув губки, как будто это было мировой катастрофой, сказала она, занимая место на лавочке. — Джекс, а как тебе профессор Уидмор? Мне кажется, что он замечательный преподаватель, тем более древние руны — такой сложный предмет, а он все так понятно объясняет! — явно занимаясь рекламой, сказала она; создавалось впечатление, что Аврора пришла сюда, чтобы спросить именно это.
Она почему-то тараторила и озиралась по сторонам. Джоконда наблюдала за тем, как лист клёна, кружась, спускается с дерева, но ему так и не удалось коснуться земли: поток ветра поднял целый ворох листьев и понес к самой кромке берега, чтобы рассыпать багряный ковер на воду.
— Ну, не знаю, профессор Гамбит был очень хорошим профессором, но… Я пока не задумывалась о том, какой из Уидмора учитель, у меня только два урока было, — пожав плечами, ответила Смит.
Разглядывая беспокойную гладь Черного озера, Абрахас сначала и не заметил, как маленькая ручка касается его волос. Он удивленно взглянул на Аврору — та рассматривала небольшой красный лист клёна, снятый с его волос.
— Я знаю, что его пыталась заполучить к себе моя прошлая школа, — поведал он, наблюдая, как новый листик спускается вниз и застревает в белоснежных волосах Авроры. Может, стоит его снять? Абрахас быстро выкинул из головы эту мысль, но, все же, Уинтер листик с его волос сняла, пускай это был и совершенно безобидный жест. Странно думать о том, что в принципе не имеет никакого смысла. — У тебя лист в волосах, — сказал он как-то неуверенно.
— Ну так сними его, — спокойно ответила Аврора, не поворачивая головы, увлеченно разрывая листик так, чтобы остались одни жилки.
— Эм… ну ладно, — ответил он, повинуясь. — А что ты тут делаешь одна, на другой стороне озера?
— Гуляю, — машинально ответила она, словно ожидая вопроса. — Надеялась, что выглянет солнце до заката, но, видимо, скорее начнется ливень. О, кажется, на меня капнуло, — сказала она, скосив взгляд к кончику носа, на котором кругляшком расположилась небольшая капелька воды; стирать Аврора её не стала, а наоборот подняла лицо к небу. — Люблю дождь, — пояснила она зачем-то.
Джоконда же, напротив, не была сторонницей дождя — непогода навевала слишком много грустных мыслей, поэтому она накинула капюшон и встала с лавочки.
— Вы идете в замок? — спросила она, поправляя помявшуюся мантию.
Абрахас заметил, как у Авроры поджались губы — она сегодня какая-то подозрительная, но ответ пришел сам собой, когда невдалеке появилась фигура человека. Так она здесь не просто гуляла, а ожидала кого-то. Свидание?
— Это Хагрид? — удивленно спросила Джоконда, глядя в сторону приближающегося силуэта, который по росту превосходил МакЛагена — самого высокого парня в школе. — Аврора, я слышала, что ты с ним общаешься, но разве ты не помнишь, что я тебе о нем говорила?
Возмущение Джоконды не прошло мимо, хоть Аврора всегда была эталоном непосредственности и невозмутимости, сейчас она, казалось, словно домашний эльф поджала ушки, а невинный взгляд явно не получался.
— Знаешь, Джекс, все, что о нём говорили — бред, — собравшись с духом, сказала Аврора. — Я вообще не понимаю, как его в чем-то можно обвинять. Хагрид очень добрый и интересный собеседник, хоть иногда и не может сформулировать слов. Ты бы знала, как трепетно он относится к животным…
— Вот об этом я и говорю! — перебила Смит: она и не заметила, что слишком сильно повысила голос на подругу, Абрахас же смотрел на неё с непониманием. — Между прочим, это из-за его паука погибла Миртл! А ты общаешься с ним, как будто ничего не произошло!
