Я узнала, что Эйдан с Агатой живут в Шотландии. И их редкие приезды в Канаду в гости в стаю бурых волков сильно расстраивали Трея. Ему хотелось чаще видеть родных, он тосковал. Почувствовала это, когда медовый начал ворчать по данному поводу. Списала свое прозрение на волшебное волчье чутье.
А еще вы знали, что погода в Канаде такая же как в средней полосе России? Вот и я раньше как-то этим вопросом не интересовалась. Но бурые волки заверили: мне там обязательно понравится. Нюанс, что я заграницу попаду не скоро, так как даже загранпаспорта у меня нет, не говоря уже о визе, я поднимать не стала. А остальных он совершенно не заботил.
Надо признаться, удивляла легкость, с которой меня приняла семья медового. Словно все так, как должно быть, и иначе быть не может. Либо они мастерски притворялись. Вот только мне в подобное верить не хотелось.
Разошлись гости уже около полуночи. Проводив их за порог, я отправилась прибирать со стола. Трей следовал за мной неотступно и тоже начал собирать остатки еды.
– Что-то не так? – ровно спросил он после недолгого молчания.
– С чего бы вдруг? – с сарказмом сначала хмыкнула я и только потом подумала, что не стоило так делать.
Меня одарили таким пытливым и снисходительно-понимающим взглядом, что даже взбесило. И все-то он знает! А мне не говорит!
Видит бог, я планировала подождать до утра с этим всем говном.
– Да, не так, – сдалась я и едва не разбила тарелку, резко опустив ее на стол. – Но прежде, чем нам поговорить, мне надо подумать и успокоиться.
– Звучит как приговор, – пробормотал Трей, а после громче для меня сказал. – Хорошо, подумай. Не буду мешать.
И продолжил собирать посуду. Молча! И самостоятельно что-либо объяснять он явно не собирался!
Тарелку до посудомойки я не донесла. Со всего размаха грохнула ее об пол рядом со столом. А потом сразу еще одну. И пару бокалов. Но это нисколько не успокоило клокочущий в груди гнев.
– А может, лучше поможешь?! – рявкнула я на Трея, который застрял рядом с посудомойкой.
– Бить посуду? – уточнил он, с сарказмом заломив бровь.
Еще и издевается!
С рыком ударила кулаком по столешнице. Рука прошла насквозь, втянув следом за собой в круглое отверстие и часть скатерти. Я замерла, удивившись собственной силе. Многострадальная мебель же решила, что устала терпеть издевательства, и с треском сухого дерева просто развалилась.
Я стояла над ее трупом и тяжело дышала. Хотелось уже откровенно плюнуть на все и просто убежать как можно дальше. А Трей пусть ищет себе другую дуру. Раз уж я не первая, то точно не стану последней! И чего переживать и выяснять?!
Я уже собралась сменить ипостась и сигануть через террасные двери в темноту, когда за своей спиной неожиданно почувствовала чужое присутствие. Резко развернулась и едва не проделала с подкравшимся оборотнем тот же трюк, что и со столом.
Вот только Трей легко уклонился, перехватил меня за запястье, вновь развернул к себе спиной и прижал к груди, намертво зафиксировав. Попыталась отбиться вторым кулаком, но и он быстро попал в плен. Оставалось только лягаться, правда и тут меня постигло поражение. Подсечка вынудила рухнуть на колени. Оборотень опустился вместе со мной и сжал своими ногами мои.
Я пару раз дернулась в попытке выкрутиться, но тщетно, и сдалась. Из глаз брызнули слезы обиды.
– Отпусти меня, – простонала я в бессилии.
– Не могу, – спокойно ответил Трей.
А у меня внутри все переворачивалось от боли и непонимания.
– Почему-у?!
– Ты моя жизнь, – прозвучало так же спокойно и непоколебимо.
– Найдешь другую! – отмахнулась я. – Я говорила с Кристал о твоем укусе и возможных детях. И я явно не первая пара в твоей жизни. Значит и не последняя.
– Ты истинная и единственная, посланная Луной. Без тебя я не смогу жить. И никто уже не удержит.
Трей говорил тихо и уверенно, исключая любую возможность заподозрить его во лжи или лукавстве. А меня неожиданно в компанию к боли заполнило новое чувство безысходности и удушающей тоски. То чувство, когда ты зовешь в пустоту. Раз за разом. Несмотря на то, что знаешь: никто не откликнется, не придет… его больше нет… не вернуть… Искать и не находить…
Это было настолько страшно и ужасно, что я не удержалась и завыла. Громко, протяжно. Не желая держать это все в себе. Стараясь избавиться навсегда. Ведь так быть не должно!
В какой момент меня выпустили из захвата и подняли на руки, я не поняла. Просто, когда немного успокоилась, осознала, что сижу на коленях у Трея, который расположился на диване и методично гладил меня по плечу и руке.
– Прости, куколка, я не должен был так делать, – непонятно за что повинился он.
При этом бездонную пустоту в душе начало заполнять тепло от его близости. И мне это ощущение сейчас требовалось больше, чем воздух. Мне был нужен он, один единственный, и настолько близко, насколько это было только возможно. Вцепилась в Трея и прижалась всем телом. Наконец-то сделала то, что гнала от себя весь вечер – спряталась в его объятиях.