– Я не буду вдаваться в подробности. Давно это было, сложно, да и ни к чему сейчас. Главное: Лиам убил Трейси. Я не знал. Много лет считал себя виноватым во всем произошедшем. Даже после смерти этого… – приличные слова на ум не приходили даже на родном английском, поэтому решил оставить почившего родственника без определений. – Я взял на воспитание его сына – Джордана. Думал, что хоть из него получится достойный мужчина и помощник. К тому моменту наш клан сильно пострадал. После раскрытия делишек Лиама нам устроил чистку Верховный, и пришлось серьезно восстанавливаться. Наводить порядок. Я тогда только и жил долгом перед маленькими детьми и своим кланом.
Дана неуверенно погладила меня по груди, пытаясь поддержать. Перехватил ее руку и с наслаждением поцеловал в ладошку. Душе, которая снова погружалась в ледяную воду неприятных воспоминаний, стало теплее. И смог признать:
– Но я снова ошибся. Джордан в студенческие годы откопал дневники отца и записи исследований. Они его так вдохновили, что он решил продолжить путь родителя. А чтобы я никак не мог ему помешать, забрал Агату и Джошуа. В то время они были подростками ещё. Роман с Авророй помогли их вернуть и поймали Джордана.
Конец своего рассказа я откровенно скомкал до мизера. Рассказывать, что Агату в застенках племянника насиловали не только морально, но и физически, доведя до состояния овоща, я не стал. Как и то, что до сих пор жалею об упущенной возможности лично разорвать Джордана на куски за все содеянное.
– Убили? – тихо спросила Дана.
Я коротко кивнул.
– Совет Альф вынес ему справедливый приговор. Но я считаю, что за все его дела, он еще легко отделался.
– Совет? Это что? И Верховный это как президент?
– Президент? – я тихо рассмеялся, так забавно звучало данное человеческое определение должности. – Думаю даже больше. Верховный является сильнейшим из нас и имеет право вмешаться в дела любого клана на свое усмотрение. И если главы кланов отвечают только за своих, то Верховный за благо всех. На протяжении уже многих десятилетий это бремя на себе несут альфы клана черных волков.
– Тоталитаризм, – пробормотала Дана, чем повеселила еще больше.
– А как ты хочешь? Демократия и безоговорочное подчинение своему Альфе не совместимы в принципе. Да и не требуется это нашему обществу. Жесткая иерархия и совместные усилия залог нашего выживания и порядка. Альфы управляют своими кланами, защищают их, сплачивают вокруг себя. С другой стороны, все понимают, что по одиночке просто исчезнем.
– А безграничная власть с ума не сводит?
– Кого сводит, те долго не живут. Для этого и есть Совет и Верховный, который имеет право вмешиваться в дела любого клана, казнить и миловать на свое усмотрение, – повторил я Дане для лучшего усвоения.
– А если Верховному сорвет крышечку? – не унималась волчица.
– Тогда мы все горестно взвоем и найдем следующего, готового бросить вызов и свергнуть нынешнего. При чем сделаем это коллегиально на совете. Понятно?
– Угу, – невнятно согласилась куколка.
– Но я буду молиться, чтобы такого никогда не случилось, – завершил я.
В комнате повисло молчание. Дана переваривала полученную информацию, я откровенно наслаждался ее обществом и спокойствием. Удивительно, но рассказав о своем прошлом ей, почувствовал облегчение я. Все-таки большое количество пыльных скелетов в шкафу пагубно влияют на развитие отношений, да и на нас самих. Нет ничего хуже, чем жить в страхе, что в какой-то неподходящий момент эти древние кости начнут бряцать и привлекать внимание.
– А можно я спрошу… – неожиданно проговорила Дана и начала нервно теребить пуговицу на моей рубашке.
– Все, что угодно, куколка. Я же говорил, – подбодрил я.
После всего рассказанного, я уже ничего не боялся. И зря.
– А Трейси была красивая?
Вас когда-нибудь выбрасывали на минном поле без металлоискателя и саперной лопаты? Меня только что десантировали в самый его центр. Как бы я не ответил на заданный вопрос по всему выходило плохо. Скажешь «да» – Дана обидится и займется самокопанием, что в итоге приведет к очередному скандалу, если не хуже. Ответишь «нет» – не поверит, начнет допытываться, сразу поругаемся, она добьется желаемого «да», обидится, еще и во лжи обвинит.
И вот сейчас мне даже моя магистерская степень по психологии не помогала выкрутиться. Ибо одно дело смотреть на отношения со стороны и давать ценные советы и совершенно другое – оказаться в подобной ситуации лично, когда от этого зависит твое счастье. И я не могу посоветовать Дане никогда не задавать подобные вопросы даже самой себе, не воспримет. По крайней мере, сейчас.
– Могу найти ее фотографию, – осторожно проговорил я.
– Не надо, – быстро пошла на попятную куколка. – Я все поняла.
Мысленно коротко выругался и снова перехватил за талию свою пару, которая уже успела психануть и попытаться сбежать.
– Ну и что ты поняла? – горестно вздохнул я, слыша на задворках сознания звук молотков, заколачивающих мой гроб.