Через день мы снова были в дороге. Марта продолжала оплакивать мужа. Двигались мы в составе отряда патрулирующего степь со стороны Киевского княжества. Степь поражала простором и своим запахом пряных трав. Мне она напоминала море своей бескрайностью. С неба к земле пикировали жаворонки напевая свои песни. Казалось, как находят свой путь и куда двигаются провожатые ведь нет никаких приметных мест. Каждый привал был у родника или речушки напоминающего ручей. Через шесть дней мы подъехали к роще расположившейся на холме… В роще было несколько землянок огороженное место для коней. Это была застава Киевского рубежа. Застава жила размеренной жизнью. Хоть и было порубежников 100 человек, на заставе постоянно оставалось тридцать человек. С начало к моей команде отнеслись настороженно но перуновы воины и командир заставы Коваль дали понять что мы свои. Первое, что сказал нам Коваль:
— Научитесь быть с конями заедино!
Каждый день теперь был посвящен владению оружием и управлению конями. Так шли дни за днями недели за неделями.
Я теперь ежедневно стучал железом с обоими перуновыми воинами одновременно. Они со мной не справлялись тут же их сменял кто то из отряда или воинов заставы. Из степного лука я стал попадать в глаз птицы на скаку короткое копье кидал дальше точнее всех. На заставе служило много полукровок знающих язык народов степи. я с начало выучил язык хазар, а за тем и остальные. Их по двое по трое включали в патруль. В степи я стал так же, как в море ориентироваться по солнцу и звездам. До конца смены нашего отряда другим оставался месяц.
Выехав со своим десятком на патрулирование мы заметили, что степь изменилась она как бы насторожилась. Птицы перелетали на короткие расстояния звери жались к норам. Проехав к холма десятник Ратибор заставил отвести лошадей в сторону, чтобы они были менее заметны и заставил всех наблюдать за степью по кругу. Самой зоркой из нас оказалась Марта. Она первой на горизонте заметила двигающуюся в нашем направлении темную массу. Ратибор дал указания:
— Марта на заставу сообщи о большем количестве людей в степи пусть уходят в схроны, а мы поедем проверим кто к нам пожаловал.
Неполный десяток Ратибора помчался делая крюк чтобы зайти этой двигающейся человеческой массе сзади. Стало темнеть когда они приблизились к предполагаемому врагу Это был самый опасный враг хазары. Они были самые организованные из живущих в степи людей. Было их от трех до четырех тысяч. Они разбились на отрядные стоянки и лищь другие присоединившиеся степняки мешали своим постоянным движением сосчитать точное их количество. В хазарских отрядах ощущался порядок. Были выставлены часовые и двигались вдоль лагеря патрули. Ратибор стал делиться своими мыслями:
— Нужно взять пленного и выяснить куда они направляются. До Киева им идти десять дней а до соседних княжеств от двенадцати до пятнадцати дней. Кто пойдет за языком.
Вызвались трое в их числе и я… Мои напарники были опытными воинами Мал и Груздь. Ратибор им передал скатку материи, которую они развернули и что то стали поправлять. Подойдя я увидел кусок плотной материи метр на метр. По краям нашито много мелких свинцовых грузиков. Груздь спросил:
— Что не видел никогда скраду?
— Нет не видел
— Долго объяснять увидишь в действии и поймещь.
Когда стало совсем темно мы приблизились метров на сто к лагерю оставив коней пошли прячась в складках местности. Вооружены мы были мечами, луками, ножами и Груздь нес скраду. Не далеко от места где проезжали конные патрули мы нашли ямку и в ней затаились. Патрули проезжали по двое по трое в прямой видимости. Ближе к середине ночи стали ездить реже. Груздь распорядился шепотом:
— Это наши! Мал Сигурд правого и левого стрелами по команде средний мой!
Он расправил скраду, как кооврик встав на колени стал ее раскручивать над головой. Когда до всадников оставалось шесть семь метров Груздь бросил скраду и зашипел:
— Давай!
Скрада вращаясь упала на среднего воина сверху и за счет вращения и грузиков обернулась вокруг него. Стрелы нашли свои цели Груздь зашипел:
К лошадям!
Мы бросились к лощадям не сговариваясь подхватив лошадей и побежали к своим лошадям. Это было сделано настолько быстро и тихо, что никто в лагере ничего не обнаружил. Отойдя на более безопасное расстояние мы обыскав убитых сбросили их в небольшую яму. Связали пленника и помчались в строну схрона, где нас ждала наша застава. К рассвету мы были на месте. Местом схрона оказался большой не заросший овраг. В его стенах были сделаны помещения под склады конюшни и проживание людей. По дну протекал маленький ручеек.
