Труп крысы, например, достаточно большая доза мерцания в сочетании с особыми грибами могла превратить в двигавшийся переносчик спор, что нападал на всё живое вокруг себя, лишь бы заразить и передать грибок другим существам. Паразиты стремительно убивали существо, независимо от вида, и превращали их в тварей подобных себе, подчинённых той же самой задаче.
Причём так как каждый следующий образец обладал невероятной живучестью вместе с высокой скоростью развития мутаций, спустя всего несколько поколений начали появляться свойства, не заложенные нами и слишком похожие на попытки гриба вырваться за пределы своего резервуара!
Разумеется, как только мы разузнали все свойства этой штуки, то сразу же сожгли её со всей одеждой и использованными средствами защиты, и с помощью лучших химикатов полностью очистили стеклянную клетку, где проводились опыты, после чего навсегда закрыли его и закопали в земле. Мы с наставником тогда ещё несколько дней не проводили никаких опытов, будучи слишком впечатлённые увиденным. В конце концов всё-таки вернулись к работе, но остаток остался.
Но теперь опыты были совершенно другие. Специально купив труп, у которого вполне сохранился мозг, мы проверяли возможности Мерцания совершить всё-таки невозможное и заново запустить мозг. И хотя пока что ничего не получалось и появлялись лишь пульсирующие опухоли, однако когда людей науки останавливали трудности на пути?
Мы лучше всех знали то, как важно терпение, и даже если наше первое творение будет достойно лишь отправиться в психбольницу вроде Мундо, то всё равно не остановимся. Важно лишь сохранить спокойствие и доверительные отношения в нашем дуэте, которые с каждым днём почему-то становились всё холоднее:
— Дела внешнего мира не ждут, когда мы освободимся, а потому приходиться отвлекаться от них время от времени. Да и кто-то же должен следить за поставками реагентов? Силко с каждым днём просит всё больше и больше, предлагая в обмен в разы более тяжёлую кучу денег, и сейчас уже начал в открытую намекать, что желает заполучить первые образцы настоящего боевого усилителя на основе Мерцания. Не разбавленную формулу для лекарств, а нечто серьёзное, — с тем же спокойствием ответил я, документируя в блокнот каждую деталь вскрытия.
Мой учитель даже не повёл головой, чтобы рассмотреть наши последние и самые дорогостоящие приобретения. Нет, он поднял взгляд и смотрел прямо в мои глаза, словно бы ища в них что-то. Это продолжалось более минуты, после которых опустил их и вернулся к работе.
— В теории, мы уже способы показать её возможности на практике, и требуется лишь провести несколько финальных показов. Вот только не в этом проблема, — тихо, практически шёпотом, не отвлекаясь от операции, ответил старый алхимик. — Поверь мне, Виктор, в деньгах и власти не найти счастья и успеха. Лишь личные достижения будут иметь вес, когда мы выпустим последний вздох, оставив свой след на страницах истории, либо когда добьёмся своих целей и достигнем столь желаемого бессмертия. Спустя века никто не вспомнит относительно успешного торговца химикатами и бандита, на несколько лет забравшего контроль над городом. А вот наши имена будут высечены в камне.
Я лишь чудом смог сдержать усмешку. Синджед сильно напоминал мне себя прошлого — погрузившегося в собственное дело, забыв про всё остальное. Передо мной была работа, которую требовалось выполнить любой ценой. Всё остальное? Подождет, никуда ведь денется…
Вот только оказалось, что в любом момент деться могу уже я сам. Только умерев, мне стало понятно, что все мои прошлые достижения пусть и были, безусловно, велики, но дала ли слава в узких кругах, да признание коллег мне хоть чего-то? Разве можно было посмотреть на неё спустя года и не признать, что весь успех, если не пытаться его реализовать, для меня был лишь несколькими хлопками по спине, да красивыми словами благодарности.
Но сейчас всё будет по другому. Я уже завязал связи с сильными мира сего, и готовлюсь к следующему шагу, что позволит забраться ещё выше. У меня нет политического опыта и мастером интриг меня никак не назвать, но для одной затеи ума точно хватит.
Да и так ли важны именно первые два качества в городе прогресса и завтрашнего дня? Здесь все дороги открыты тому, что способен принести настоящие изменения и горы золота окружающим. А потому, несмотря на общее качество жизни, для меня просто нет лучшего места для жизни и развития.