Мерцание во тьме полностью

Я подскакиваю на месте и резко оборачиваюсь туда, откуда прозвучал голос. Это Шерил, стоит в дверном проеме. Положив руку на грудь, я перевожу дух.

— Не хотела вас испугать, дорогуша, — смеется она. — Как вы тут без меня, неплохо провели время?

— Да. — Бросаю взгляд на маму. — Хорошо все-таки, когда получается встретиться.

— У вас ведь, Мона, всю неделю от посетителей отбоя нет, верно?

Я улыбаюсь, радуясь, что Купер исполнил свое обещание.

— И давно мой брат успел заскочить?

— Не ваш брат, нет. — Шерил подходит к маме сзади, берется руками за спинку каталки, ногой отпускает тормоз. — Другой человек. Сказал, что он — друг семьи.

Я гляжу на нее, нахмурив лоб.

— Какой еще другой человек?

— Ну, такой, модного вида, не из местных. Вроде сказал, что из Нью-Йорка…

У меня сдавливает грудь.

— Каштановые волосы? — спрашиваю я. — Очки в черепаховой оправе?

Шерил щелкает пальцами, потом тыкает указательным в мою сторону:

— В точку!

Я встаю, беру с кровати сумочку.

— Мне пора, — говорю, быстро подхожу к маме и обнимаю ее за шею. — Прости меня, мама. Прости… за все.

Выскочив за дверь, я несусь по коридору; с каждым стуком каблука в грудной клетке нарастает ярость. Да как он посмел? Как он только посмел? Добежав до вестибюля, я врезаюсь в стойку и пытаюсь перевести дух. Да, я догадываюсь, кто этот загадочный визитер, но мне нужно быть уверенной…

— Марта, мне нужен журнал посетителей.

— Вы в нем уже расписались, милочка. Помните, когда вошли?

— Нет, мне нужно глянуть, кто приходил раньше. В эти выходные.

— Дорогая моя, не уверена, что могу вам позволить…

— Кто-то в этом здании позволил пройти к моей матери человеку, не имевшему на то разрешения. Он назвался другом семьи, но никакой он не друг. Это опасный человек, и мне нужно знать, был ли он здесь.

— Опасный? Милочка, мы не пускаем никого, кто не имел бы…

— Пожалуйста, — прошу ее я. — Пожалуйста, можно мне посмотреть?

Она какое-то время вглядывается в меня, потом, нагнувшись, берет со стола журнал и пододвигает его ко мне вдоль стойки. Я шепчу «спасибо» и принимаюсь листать покрытые подписями страницы за предыдущие дни. Добираюсь до вчерашнего раздела — я потратила этот день впустую, валяясь на диване, — быстро пробегаю глазами по списку, и сердце мое замирает, когда я вижу имя, которое надеялась не увидеть.

Записанное неразборчивым почерком доказательство, которое я искала.

Аарон Дженсен был здесь.

После второго гудка отвечает знакомый голос:

— Аарон Дженсен.

— Говнюк! — сообщаю я, даже не пытаясь представиться, и ураганом несусь к машине через парковку. Вернув журнал, я немедленно набрала голосовую почту моего офисного телефона и заново прослушала сообщение, которое Аарон оставил мне в пятницу вечером.

Можете перезвонить мне прямо по этому номеру.

— Хлоя Дэвис, — отвечает журналист; по голосу можно заподозрить, что он улыбается. — Я так и думал, что вы мне сегодня позвоните.

— Вы заходили к моей матери! Кто дал вам право?

— Я сообщил вам, что намерен встретиться с вашей семьей. И честно обо всем предупредил.

— Нет, — я трясу головой, — вы сказали насчет отца. На отца мне насрать, но мама — это уже за гранью!

— Давайте встретимся. Как вы понимаете, я сейчас в городе. И все вам объясню.

— Идите в жопу, — обрываю его я. — Не собираюсь я с вами встречаться. Ваш поступок напрочь неэтичен.

— Вы что, об этике со мной хотите поговорить?

Я застываю на месте в двух шагах от своей машины.

— Что вы имеете в виду?

— Просто давайте сегодня встретимся. Я вас надолго не задержу.

— Я занята, — нагло утверждаю я, открывая машину и проскальзывая внутрь. — Один пациент за другим.

— Тогда я зайду к вам в офис. Подожду в приемной, пока у вас окно в расписании не появится.

— Нет, — выдыхаю я, зажмуриваясь. Упираюсь лбом в руль. Ходить и дальше вокруг да около бессмысленно. Дженсен все равно не отвяжется. Он прилетел в Батон-Руж из Нью-Йорка ради того, чтобы встретиться со мной, и если я хочу, чтобы он перестал копаться в моей жизни, придется с ним поговорить. Лично. — Пожалуйста, в офис не надо. Я согласна с вами встретиться, хорошо? Прямо сейчас. Где бы вы хотели?

— Час еще ранний… Как насчет кофе? Я угощаю.

— Рядом с рекой есть одно заведение, — говорю я, ущипнув себя за переносицу. — «Кофе-хаус». Жду вас там через двадцать минут.

Даю отбой, врубаю заднюю передачу и, развернувшись, еду в направлении Миссисипи. До кафе мне десять минут, но я хочу быть там раньше его. Когда он только появится в дверях, я уже буду сидеть за столиком, который сама выберу. В нашем разговоре я займу водительское сиденье и не стану довольствоваться ролью пассажира. Не стану защищаться, как сейчас, когда меня застали врасплох.