Голос у господина Макарова был густой, тяжелый, уверенный. Тембр указывал на то, что хозяин голоса немолод, лет сорок-пятьдесят, но стареть еще не собирается. В голосе была сила. Маадэр не любил такие голоса, они напоминали ему о тех людях, которых он давно не видел, и видеть не хотел. О людях, к которым нельзя поворачиваться спиной.
- Разговор важный, - сказал он быстро в микрофон, - И в ваших интересах не обрывать его. Кто звонит - пусть вас пока не интересует.
- Хорошо, - неожиданно спокойно ответил Макаров. Кажется, он ничуть не удивился, - Что вам угодно?
- Био-софт, - Маадэр нарочно сделал паузу, надеясь, что это заставит собеседника хотя бы немного напрячься. Макаров сразу начнет думать, о каком же био-софте идет речь, что выплыло наружу, что стало уже известно, кто и где из его людей прокололся... В разговоре, как и в схватке главное не бить в лоб, а заставить противника потерять равновесие. Когда тот неуверен даже в своих ногах, его можно вести в любую сторону, он уязвим.
- Корпорация «РосХим» уже много лет занимается синтезом современного био-софта по множеству направлений, - господин Макарова остался совершенно спокоен, - У вас напряженный неестественный голос. Возможно, вас заинтересует наш био-софт, исправляющий дефекты голосовых связок и омолаживающий слизистую оболочку гортани. Одну минуту, я переключу вас на соответствующий отдел…
Вурм хихикнул.
«Он хорош. Мне он уже нравится».
- Мне не нужен заурядный био-софт, - произнес Маадэр в микрофон ровным тоном.
Он не позволил вывести себя из равновесия, хоть и оценил ту легкость, с которой его собеседник манипулировал словом и интонацией. Вурм был прав, он хорош. Маадэру вспомнилось старое голландское наставление по фехтовальному делу, наследие его древних предков. Еще до того, как соперники скрестили рапиры, сказано было там, им следует обращать внимание на то, как держит себя противник, а более того – на то, как он двигается. Случается, в одном коротком шаге можно увидеть чужие силу и способности еще до того, как произойдет первый выпад.
Маадэр мысленно усмехнулся. Они с господином Макаровым еще не успели сделать ни одного удара, сталь еще не успела встретиться со сталью, но обозначили свои движения несколькими скупыми движениями. И того, что он уже услышал в голосе управляющего безопасностью «РосХима» было достаточно, чтоб признать в нем опасного, ловкого противника.
- Меня не интересуют обычные модели. Меня интересует нечто из вашей особенной линейки продукции. Ограниченная серия, вы понимаете. Я слышал, от клиентов не было ни одного нарекания.
В точку? Или нет? Удалось ему уколоть податливую пустоту за слепым экраном? Или его выпад остался незамеченным? Макаров молчал, но молчание это было совершенно невыразительным. Ни неловким, ни напряженным, ни испуганным. Просто тишина, безразличная и мертвая, как треск статических помех, полное отсутствие воздушных колебаний.
- О чем вы говорите? - наконец спросил Макаров спокойно.
Маадэр потерял терпение.
- Я говорю о той дряни, которую вы, ребята, у себя сварили. Четыре пробирки с голубоватой жидкостью, точь-в-точь как разведенные чернила. Те самые пробирки, которые ваш подчиненный, господин Зигана, не смог доставить по месту назначения. И те самые, которые любой суд Солнечной системы расценит как биологическое оружие нано-молекулярного воздействия.
- Я вас не понимаю, - голос Макарова сохранял спокойную интонацию, но потяжелел, в нем обозначилось что-то сродни интересу, - Наша организация не занимается изготовлением или распространением вредоносного био-софта. И в нашем подразделении никогда не работал человек под именем Зигана. Это какая-то ошибка или розыгрыш? Мне не хочется думать, что это намеренная провокация. Если же так, поверьте, - Макаров вздохнул и Маадэру некстати подумалось, что, судя по вздоху, грудная клетка у его собеседника должна быть весьма развита, - вы выбрали очень неудачную…
- У вас есть часы, господин Макаров? – Маадэр оскалился, хоть и знал, что шеф безопасности «РосХима» его не видит, - Тогда засеките время. Ровно через полчаса четыре пробирки и контейнер окажутся в местном отделе жандармерии. Это значит, что через тридцать пять минут вы превратитесь в безработного разыскиваемого преступника. У вас есть десять секунд, чтобы принять правильное решение.
Макаров не растерялся.
- Это похоже на шантаж, - сказал он спокойно.
- Восемь.
- Не самый оригинальный способ.
- Шесть секунд.
- Если вы думаете...
- Пять.
- Не делайте глупостей.
- Три!
Маадэр удовлетворенно качнул головой. Господин Макаров сохранял полнейшее спокойствие, но в его интонациях, как в походке фехтовальщика, ощущалась непривычная скованность. На какой-то миг он поплыл по течению, дезориентированный. Как и все русские медведи, он привык сам брать противника в оборот и заключать в смертоносные объятья, но проигрывал в скорости и не сразу разобрался в изменившейся ситуации.
- Две.
- Перестаньте.
