Он все еще держался. Не паниковал, не умолял, не просил времени. Сохранял равновесие, которого самого Маадэру как раз сейчас особенно не хватало. Если Макаров не сломается, придется обрывать связь. Времени не много, "РосХим" уже мог отследить канал, несомненно у них есть специалисты для этого. Значит, придется бежать. Причем с пустыми руками.
«Дави! - рявкнул Вурм в правое ухо Маадэра, - Дожми его!»
- Один!
- Стоп, - сказал Макаров, - Хватит.
Голос у него остался прежним, но в то же время в нем произошло какое-то изменение. Заинтересованность? Страх? Сдерживаемая злость?
- Я слушаю.
- Что вам надо? Я не знаю, что вы затеяли и о чем говорите, но, пожалуй, чтоб вы не натворили глупостей, нам стоит поговорить.
- Нам, - поправил Маадэр. Он торжествовал, но старался чтоб голос звучал по-прежнему ровно. Диалог с невидимым собеседником - как бой в темноте. И первый раунд уже остался за ним, - Я и вы. Никаких шавок "РосХима". Никаких хлодвигов. Без наблюдения, камер и микрофонов. Учтите, я это почувствую. Без оружия. При себе пусть у вас будут две вещи - противоядие от той разработки, что была у Зигана, и пачка купюр общим достоинством в двадцать тысяч земных рублей. Не очень крупными банкнотами.
- Вы...
- Если вы ошибетесь в чем-то - это последний наш разговор.
- Назовите время и место.
Маадэр посмотрел на хронометр.
- Через три часа. Пятый сектор, юго-восточный район. Улица Берхова, там есть заброшенная типография, напротив нее - бар, называется "Целлиер", полуподвальное помещение.
- Будет два часа ночи, - Макаров сохранил достаточно самообладания, чтоб усмехнуться, - Поздновато для встреч.
- Ничего. Такие мелочи вас не должны волновать. И ждать я буду ровно одну минуту. Поэтому лучше проверьте, чтоб ваши часы не отставали.
Маадэр оборвал связь. Эмблема "РосХима" на экране посерела и исчезла.
«У тебя получилось, - в голосе Вурма сквозило сдерживаемое одобрение, - Неплохо, Маадэр».
«У меня получилось привлечь внимание. Этот зверь не в моей весовой категории, Вурм, на такого не стоит охотиться. Я для них как муха».
«Муха, переносящая смертельно-опасный трипаносомоз. И ты знаешь их слабое место. Они не засуетились бы, если б были уверены в том, что ты блефуешь».
«Эти люди хладнокровно убили Зигана только за то, что он показал краешек их корпоративной карты постороннему. Думаешь, они станут церемониться со мной?»
«Не дергайся, - хладнокровно бросил Вурм, - Помни, смерть не рядом с тобой, она уже в тебе».
«И все-таки ты неисправимый оптимист, - Маадэр кисло улыбнулся, - Наверно, именно за это я тебя и люблю».
«Заткнись».
11
«Целлиер» почти не изменился за то время, что Маадэр здесь не был. Внутри было темно, пахло пылью, вином и человеческим потом – не самая приятная обстановка, но после напичканных электро-магнитными импульсами гудящих улиц Восьмого она показалась Маадэру едва ли не изысканной.
В отличие от большинства недорогих забегаловок Пасифе, здесь не пахло невыносимо соленым хайдаем, за немногочисленными столами не было видно развалившихся в нарко-трансе тел, на кухне не дребезжала посуда. В «Целлиере» в любое время дня и ночи царила приглушенная обстановка, напоминающая атмосферу заглубленного бетонного бункера. Возможно, все дело было в тишине, прохладе и отсутствии посторонних звуков. Были у «Целлиера» и другие достоинства, которые Маадэру приходилось использовать в прошлом.
В лишенном окон полукруглом помещении было душно, но возможность просматривать все пространство вплоть до барной стойки и входной двери многого стоила. Еще один довод в пользу «Целлиера». По крайней мере, можно не опасаться того, что посреди разговора ты вдруг услышишь тонкий звон разбитого стекла и почувствуешь, как твои кости начинают таять, растворяясь как сахар в горячем чае.
Едва отворив дверь, Маадэр осмотрел помещение, воспользовавшись увеличенной чувствительностью периферийного зрения, дарованной ему Вурмом на несколько секунд. И немного успокоился. В зале его не ждали закованные в сталь и пластик боевики «РосХима» или жандармы. Кажется, его здесь вовсе никто не ждал – трое или четверо человек, занявших столики несмотря на поздний час, неторопливо ели, не обратив на Маадэра почти никакого внимания. Внушительный толстяк за дальним угловым, какой-то нервный тип с обожженным лицом у стены, существо непонятного пола через один столик от него, и еще какой-то мрачный бородатый тип, терзающий вилкой остатки водорослей. Кто-то из них вполне мог быть начальником службы безопасности «РосХима».
«Бородатый, - предположил Вурм, - Он все время косится на дверь».
«Не будем спешить с выводами. Сейчас узнаем у хозяина».
