Маадэр медленно вытащил «Корсо» и, поколебавшись, протянул его Танфоглио. Тот взвесил револьвер в руке и поморщился, как человек, вынужденный прикоснуться к чему-то крайне грубому, варварскому и безнадежно примитивному. Его холеные мягкие руки если когда-то и прикасались к оружейной стали, давно забыли это прикосновение. Друга порода. Такие не убивают сами, как Макаров.
«Вурм, у меня есть шансы?»
«Один на сотню, Маадэр, - Вурм сам едва не скрежетал зубами от беспомощности, - И использовать его я не советую».
«Даже если ты разгонишь меня до максимума?»
«Тебя хватит на одного. Может быть, на двух. Но их трое и они вооружены. Эта партия не в нашу пользу».
«Я нужен им живым».
«Но не здоровым. Я думаю, они вполне способны оторвать тебе руки. Силы для этого у них хватит».
«Значит, это все? – Маадэру захотелось взвыть от ярости, - Вот так все и закончится? Ты вытаскивал меня из многих передряг, змей».
«В этот раз обрыв слишком крут».
- Зачем все это? – спросил Маадэр, пристально глядя на Танфоглио, - Я ведь сам пришел к вам с био-софтом. Я не собираюсь никому рассказывать о ваших играх с «РосХим»! И жить мне осталось лишь несколько часов. Так зачем?
В прозрачных глазах исполнительного директора мелькнула жалость. С примесью явственной брезгливости.
- Интересы бизнеса. Ты нужен не мне. Ты нужен «Чимико-Вита».
- Вы хотите био-софт, - Маадэр оскалился, - Но вы не сможете забрать его силой.
- Био-софт… - Танфоглио усмехнулся и покачал головой, - Вы, мерценарии, глупы как хлодвиги. К чему мне эта биологическая бомба? Ты думаешь, за нее можно выручить большие деньги? Ты думаешь, это то изобретение, за которое все схватятся? Ты глуп, мерценарий. Ты мыслишь примитивными и приземленными категориями, ты не способен мыслить так, как мыслит стратег. Как мыслит бизнесмен. Это оружие «РосХима» - ерунда. Кто станет платить за него? Армия? Никогда. Слишком капризное и неконтролируемое оружие для любой войны. Революционеры и анархисты? Слишком бедны и глупы. Правительственные агенты? У них в арсенале есть куда более смертоносные и сложные вещи.
- Это новейший образец.
Танфоглио с безразличным видом пожал плечами.
- Совершенно бесполезный и никчемный с маркетинговой точки зрения. А еще слишком сложный в производстве. Всего лишь дорогая игрушка, за которую в наше время не выручить много денег. Еще век назад террористы использовали модифицированные споры чумы. Чем продукт Макарова лучше них? Способностью к программируемому самовоспроизведению? Нелепо. Ты просто не знаешь рынок, Маадэр. Современному рынку не нужны бомбы. Знаешь, сколько мы заработали за последний год на био-софте для изменения пигментации глаз? Сто сорок миллионов. А сколько на нейро-эссенции для увеличения молочных желез? Триста миллионов. Средства для борьбы с запахом изо рта дадут нам еще столько же в следующем квартале. А полу-легальный био-софт, который заставляет железы организма производить удесятеренное количество феромонов, принесет нам миллиарды. Бомбы – товар для бедняков. Тупиковая разработка, которая может быть забавна с технологической точки зрения, как какая-нибудь сложно устроенная безделушка, но совершенно никчемна как источник дохода. Впрочем, если бы не ты, эта безделушка, полагаю, стоила бы «Чимико-Вита» изрядно крови.
- Почему?
- Сам подумай. Получив от братьев Ерихо таинственный био-софт, я бы, конечно, немедленно приказал бы изучить его. И вполне вероятно, что это не принесло бы никакого результата. Если система безопасности и в самом деле так хороша, как ты говоришь. Это значит, что мне пришлось бы передать продукт тестировщикам. У всех корпораций есть тестировщики – люди с почти сожженным гипофизом, которые проверяют на себе новые разработки…
- Бомба сработала бы, - пробормотал Маадэр, - Прямо внутри твоего паучьего логова. Невидимая зараза распространилась бы среди служащих, лаборантов, клерков, ученых, менеджеров…
- Вот именно, - благосклонно кивнул Танфоглио, - Одна невзрачная капсула могла бы стать причиной многих и многих смертей. Погибли бы ценные сотрудники "Чимико-Вита" - инженеры, подопытные, сборщики софта, управляющие... Кто знает, может быть даже я сам.
«Вурм, ты мог бы разблокировать способность к размножению у той штуки, что сидит у меня в голове?»
«Хотел бы наградить этого ублюдка прощальным подарком? – голос Вурма скрежетнул, - Извини. Модули размножения я уничтожил первым же делом. Эта штука опасна только для тебя».
«Жаль. Раз уж суждено умереть, я предпочел бы забрать Танфоглио с собой».
«Быстро же ты смирился со своей судьбой».
«Прочитай мои мысли. Я не смирился».
«О да. Внутри ты кипишь. Ты знаешь, что за ненависть отвечают норадреналин и окситоцин? Твоя ненависть пьянит, Маадэр. Как старое доброе вино. Я захмелел, лишь ощутив ее аромат. Сейчас больше всего на свете ты хотел бы даже не добыть противоядие. Ты хотел бы остаться с Танфоглио наедине. Ты и он – этот изнеженный рассудительный хищник, управляющей своей империей с хладнокровностью лаборанта. И может быть, еще нож…»
