— Сразу по окончании аукциона. Вручу вам кувшин в целости и сохранности.
— А деньги?
— Деньги можете оставить себе…
Это была первая хорошая новость. Князь немного приободрился.
— Нельзя ли посмотреть заранее?
— Вы видели осколок, — ответил Ференц. — До аукциона надо будет сделать некоторые приготовления…
— Конечно! Мой дом к вашим услугам…
— Ждите звонка…
Ференц с некоторым трудом поднялся и заковылял к выходу.
Князь видел, как сильно он приволакивает левую ногу. Видимо, терпит сильную боль. Но что его боль по сравнению с тем, что предстоит пережить князю? Своими руками раздать собранное столькими поколениями семьи. Подлинная катастрофа. Хорошо, хоть деньги сохранятся. Но что деньги…
Польфи рассчитывал, что обладание Изумрудной скрижалью избавит его от денежных хлопот навсегда. От всех хлопот смертного человека.
Игра стоила свеч.
Вертеть клиентами Полпроцента умел. Он получал удовольствие от самого процесса продажи. Цена вещи мало что значила. Было важно победить покупателя, продав ему нечто ненужное по безумной цене. Турист, заглянувший в магазин, не знал, что стал мухой, попавшей в сеть. Паук шевелит лапами, проверяя, насколько крепко муха увязла. Чтобы потом выпить из нее все соки.
Полпроцента был уверен, что разбирается в людях так, как ни один психоаналитик. Он мог открыть свою клинику, и очередь пациентов стремительно бы росла. Потому что Полпроцента не только вынимал деньги, но делал людей счастливыми. Чем отличался от жуликов с кушетками для бесед.
В магазин зашла дама. Полпроцента сразу понял, что это дама. Одежда — самая лучшая. Полпроцента не разбирался в брендах высокой моды, но нюхом понял, что облегающее платье — настоящее. А не подделка из турецкого магазина. На ногах дорогие туфли. На головке — элегантная шляпка. Что можно считать высшим шиком. На шее — жемчужная нитка. Жемчужины крупные, настоящие. В этом он разбирался как никто. От дамы шел тонкий аромат очень хороших духов. Даже охрана переглянулась: в их магазине такая птичка — редкость.
Дама только кивнула хозяину и стала рассматривать витрины, утирая глаза платочком и шмыгая. Как будто давила рыдания.
— Целую ручки! — сказал Полпроцента с поклоном. — Чем могу услужить?
Гостья не смогла ответить, всхлипнула и тронула платочком носик.
— Ах, это ужасно, — проговорила она.
Женская красота в хорошей одежде может творить чудеса. Полпроцента растаял, ему захотелось быть рыцарем-гусаром, каким он оставался в глубине души.
— Ну, не надо плакать, дорогая госпожа! Я к вашим услугам!
Ему благодарно кивнули.
— Что за трагедия, я не знаю! Дорогая госпожа потеряла колечко — подарок мужа? Так мы найдем точно такое! Только опишите мне его!
Дама, наконец, справилась с рыданиями.
— Мой муж… — только проговорила она.
Ну, так и есть. По рассеянности потеряла колечко или сережку. Или кулон на цепочке оборвался. С этими женщинами столько проблем!
— Дорогая госпожа, утрите слезы! Слез больше не будет…
Она улыбнулась. Такая улыбка, что у Полпроцента шевельнулось там, где, он думал, у него нет ничего. Души — так точно.
— Спасибо… Если вы мне поможете…
— Конечно, поможем! О чем тут речь! Говорите, что ищем?
— Мой муж — игрок…
Сколько раз он видел людей, которые приносили и фамильные драгоценности, и драгоценности жены. Потому что им надо было играть. Они обещали, что скоро вернутся и выкупят вещи, просили не ставить их на продажу. И никогда больше не возвращались. Полпроцента вспомнил, что в начале недели был такой герой. Из его товара кое-что ушло.
— Ваш муж — игрок? Что делается?! Какой ужас! Что он проиграл?
— Я не знаю… Он забрал ключи от нашего сейфа… Наверняка уже пропало что-то ценное. Это такой удар…
Полпроцента широким жестом обвел витрины.
— Давайте искать вместе! Все к вашим услугам!
— Ах, я не знаю…
— Чего вы не знаете, дорогая госпожа?
Раздался тягостный вздох.
— Я не помню всех наших драгоценностей…
Полпроцента издал восторженный возглас:
— Дорогая госпожа, вас можно поздравить!
— Вы шутите?
— Если не помните свои драгоценности — все не так уж плохо. Поверьте мне…
Она всхлипнула в платочек.
— Забрал и заложил…
— Как он выглядел?
— Это он, мой муж… — сказал дама и показала мобильный телефон, который сжимала в руке. — Он приходил к вам?
Полпроцента только глянул на лицо в экране телефона и сразу переменился.
— Нет, не приходил, — сказал он резко. — Я не видел этого человека. Всего доброго, мадам… Мы закрываемся…
Она еще утирала глазки, но уже повернулась к выходу. И тут Полпроцента сообразил, что не видел толком ее лицо. Все платочек да слезки. Он понял, что его провели. Нагло, просто и среди белого дня. Провели его, великого Яшу-Полпроцента. Ничего, на камерах подробно рассмотрит, кто такая к нему заявилась.
