— Ты издеваешься — или как тебя понять? — все-таки спросила я.
— Нет, я абсолютно серьезно, — ответил он. — Просто хочу спросить у тебя совета: как же мне быть?
— Пошел к черту! — выкрикнула я.
— Ну зачем же ты так, Алла? — покачал он головой. — Я ведь серьезно…
Я решила набраться терпения и выяснить, чего он добивается.
— Ладно, — выдохнула я. — Допустим, я посоветую тебе сделать так, как просит Носов. Что тогда?
— Тогда его, возможно, выпустят, — почти угрожающе произнес Фигуркин. — И он обязательно доберется до тебя.
— Ты прав, — саркастически отозвалась я. — Значит, я советую не делать так, как он просил. А сказать правду.
— Вот это ты правильно говоришь! — воскликнул Фигуркин и поднял кверху указательный палец. — И я бы, конечно, так и сделал… Но, понимаешь, я уже дал обещание Нестору…
— Так от меня-то ты чего хочешь?! — не выдержала я.
Тут Фигуркин отвел глаза:
— Если ты пойдешь мне навстречу, то я, пожалуй, скажу милиции правду…
— Пойду тебе навстречу? — раздраженно переспросила я. — И что это значит?! Что ты имеешь в виду?
— Алла, — промолвил Фигуркин, по-прежнему не глядя на меня, — я… понимаешь, я всегда был в тебя влюблен… Ты знала? — наконец кинул он на меня свой отталкивающий взгляд.
— Нет, не знала, — сухо отвечала я. — Ну так и что же дальше?
— Ну и вот, — продолжал Фигуркин дрожащим голосом. — Если бы ты… если б согласилась… одним словом, переспать со мной! — наконец выпалил он.
Это было так нелепо, убого и бессмысленно, что у меня даже куда-то исчезла вся злость.
— То есть ты вынуждаешь меня лечь с тобой в постель, а иначе…
— …а иначе Нестор окажется на свободе, — убежденно закончил Фигуркин.
— Я даже не знаю, как отнестись к подобному идиотизму, — развела я руками.
— Почему же идиотизму? — осекся он.
— А как еще назвать твои действия?! — наконец возвысила я голос. — Кем ты себя возомнил, кретин несчастный? По-твоему, твоих лживых показаний будет достаточно для того, чтобы тебе поверили?!
Фигуркин как будто непроизвольно раскрыл рот — и выдавил:
— А… почему же нет?..
— Что — «почему нет»?! — крикнула я.
— Тише, Алла, тише! — взмолился он. — Зачем ты так горячишься?
— После того, что ты мне предложил, я еще должна не горячиться! Да знаешь, что я с тобой сделаю после этого?! Я пойду в милицию и скажу, что ты меня шантажировал! И что собирался давать ложные показания!
— Алла, прости! — неожиданно рухнул он передо мной на колени. — Пожалуйста, не делай этого! Я ведь только… пошутил.
— Хороши шутки! — воскликнула я. — Особенно по отношению ко мне, у которой только что погиб любимый человек.
— Да-да, ты права, — забормотал Фигуркин, по-прежнему оставаясь на коленях. — Во всем права… Я идиот, кретин — это правда. Я полное ничтожество… Я знаю, ты именно так считаешь. И это тоже правда… Но я действительно люблю тебя…
— Заткни пасть! — отчеканила я. — Говоришь о какой-то любви после той гнусности, которую только что сделал.
— Да я ведь еще ничего не сделал! — попытался оправдаться он.
— Ты пытался заставить меня переспать с тобой, дерьмо!
— Пытался, — покорно согласился Фигуркин. — Но ведь не заставил же.
— Еще бы это у тебя получилось… — усмехнулась я.
— Ну вот видишь, вот видишь! — сразу зацепился за мои слова Фигуркин. — У меня и не могло получиться тебя заставить! Никак не могло!
— Если ты это понимал, зачем же…
— Понадеялся на авось! — перебивая, выдал он очередную глупость.
Помимо моей воли вся моя ненависть к нему угасала на глазах. Ну действительно, как можно ненавидеть настолько убогого персонажа?
— Только тебе могла прийти в голову подобная глупость, — вздохнула я.
— Понимаешь, это все Нестор! — стал оправдываться Фигуркин. — Он уверял меня, что все получится… Что если я скажу, что он — это Устин, то милиция мне обязательно поверит.
— Да, это как-то странно, — вслух подумала я. — Носов — не такой уж идиот… Или, может, тюрьма на него так повлияла, и он теперь хватается за соломинку, лишь бы получить хоть самый призрачный шанс на то, что его могут отпустить.
— Да-да! — сразу закивал Фигуркин. — Наверняка так и есть! А меня он просто с панталыку этим сбил, потому что я и впрямь дурак последний.
— Ну ладно, хватит, — поморщилась я. — Закончим на сегодня с самокритикой.
— Но ты же никому про это не расскажешь? — унизительно стал молить Фигуркин. — Не нажалуешься на меня? Не пойдешь в милицию?
— Нет, нет, — брезгливо ответила я. — Успокойся.
— Может, я могу что-то для тебя сделать? — заискивающе спросил Фигуркин. Он по-прежнему не решался подняться с колен.
— Можешь, — сказала я.
— Я слушаю, — покорно отозвался он.
— Во-первых, встань с колен! — приказала я. Он немедленно подчинился. — Во-вторых, расскажи мне по порядку, как именно и о чем просил тебя Носов.
