Наконец Ноэми добралась до папки, дата на корешке которой охватывала два года: 1993/1994. Она принялась перелистывать пожелтевшие страницы и быстро наткнулась на копию государственного контракта, предусматривающего операцию по перемещению с 1 по 30 ноября 1994 года. По первой могиле с устаревшей датой Ноэми, возможно, обнаружила заслуживающий доверия след. Она показала документ мальчишке-полицейскому.
— Именно в те тридцать дней, когда это кладбище обустраивалось и могилы переносились на другой участок, кто-то должен был искать место, чтобы спрятать тело. Тем более что я не обнаружила никакого следа договора о надзоре.
— Понимаете, здесь у нас не Пер-Лашез. Здесь не найдешь готов[43], ночующих между гробницами, и уж тем более сатанистов, которых следует прогонять.
— Я говорю о надзоре во время перемещения в девяносто четвертом году. Кладбища были разворочены, как рождественские шоколадки. Тысяча земляных нор на первоначальном месте, другая тысяча поджидает заселения на новом месте. Одним больше, одним меньше — никакого контроля, никто ничего не увидит.
— Вы думаете, он может быть где-то здесь?
— Понятия не имею, но именно так я действовала, когда служила в уголовной полиции. Абсолютно все ветви дерева гипотез должны быть придирчиво рассмотрены, вплоть до самых пожухлых листьев.
Из уважения Милк не признался, что слышит эту фразу уже во второй раз.
— Как вы видите порядок операций, капитан?
— Мы поделим аллеи на четверых и точно сосчитаем количество могил и число их обитателей. Если окажется на одного больше, мы будем знать, где копать.
Новость быстро облетела деревню, хотя ни пресса, ни сплетни для этого не понадобились. Даже Пьер Валант, мэр Авалона, издали следил за развитием событий в окружении сотни зевак. Четверо полицейских скрупулезно вели учет обитателей отведенной каждому из четверых зоны, а закончив, объявили конечный результат.
И этот результат потребовал, чтобы все было начато с начала.
Они поменялись местами, чтобы пересчитать заново, и час спустя каждый из них повторил те же цифры, которые при сложении дали 2327 тел. Всего 2327 тел на 2326 записей. Где-то там, среди всех этих могил, находилась захватчица. Лишняя могила. Один неучтенный покойник.
На закате тихонько начал сеять мелкий дождик.
— Теперь предстоит сравнить каждую могилу со списком архивных актов о смерти.
— Через полчаса мы уже ничего не сможем разглядеть, — заметил Ромен.
— Значит, жду вас завтра на рассвете. Публика мне не нужна.
Вопреки острейшему желанию Андре Кастеран не юркнул немедленно в бар. Он вытерпел дрожь и чудовищные спазмы, которые выворачивали ему желудок, не прислушался к голосу крови, умолявшей хотя бы о нескольких каплях алкоголя. Издали, хотя и не особенно скрываясь, он внимательно проследил за операцией парижского флика, и теперь стресс и глубоко запрятанные дурные воспоминания заставляли его страдать гораздо сильнее, чем потребность в выпивке.
Он вытащил свой мобильник — старую модель с кнопками и терпеливо выслушал несколько гудков, чтобы дождаться ответа собеседника.
— Она на кладбище, — сообщил он, не назвавшись.
— С какой целью?
— Она считает, — встревоженным голосом ответил Андре.
— Даже если она найдет могилу, ума не приложу, как ей удастся добраться до нас.
— Ты готов поспорить?
Видимо, ответом на его вопрос было тяжелое молчание.
— Иди домой, Андре, я тебе перезвоню.
Вечером, в самом начале девятого, Ноэми получила мейл из баллистической службы. Пуля, обнаруженная в подголовнике автомобиля Валанта, была годной к использованию, но, к сожалению, не зарегистрированной в картотеках. Восьмимиллиметровый боеприпас, не слишком распространенный, но и не раритет. Нынче вечером тайна Валанта снова осталась нераскрытой.
Усаживаясь в «лендровер», Ноэми задумалась о безмятежном пути, ведущем в Авалон, о камине, о мостках, заходящих в воду, как неоконченный набросок дорожки, о своей собаке. Атмосфера «дома» — ее она ощущала впервые.
Она выехала с парковки, а следом за ней, соблюдая дистанцию, чтобы не быть замеченным, двинулся старый пикап с погашенными фарами. Ноэми миновала Деказвиль, проехала под мостом Обена и поднялась на холм, доходивший до вершины плотины. Внизу, под пологом наступающей темноты, разгорался огнями Авалон. Уровень воды в озере становился все ниже, то тут, то там появлялись крыши самых высоких домов. Еще всего несколько дней, и можно будет пройти по улицам старой деревни.
