— Сен-Шарль оставил в отделе сообщение, — сообщил Буске. Она не заметила, как тот подошел. — Хочет пригласить вас пообедать. Похоже, вам есть что сказать друг другу.
Пикассо выражал нетерпение и принялся покусывать ботинки полицейского.
— Может, вы хотите, чтобы я занялся вашим пленником?
— Да, держите. — Ноэми протянула ему веревку, которая заменяла поводок. — Потом приведете мне его в предвариловку с водой и куском пирога от Милка.
— Как прикажете, капитан. Капитан или майор?
— Новости распространяются быстро.
«Форд» исчез вдали за поворотом.
— Ваш водолаз вернется?
— Не знаю. Это будет зависеть от течения.
Ноэми выставила свои сумки перед разбитой вдребезги стеклянной стеной дома у озера и в последний раз заперла двери. Милк пообещал, что его мать подберет ей такое же очаровательное, но не отягощенное дурными воспоминаниями место. А в ближайшие дни ее ожидал номер в гостинице «Парк».
В зеркале заднего вида лес все уменьшался и постепенно исчез совсем. Огибая осушенное озеро, чтобы выехать из Авалона, Ноэми заметила двоих детей, которые бегали друг за другом по пустынным улицам, среди разрушенных домов. Сердце у нее болезненно сжалось, она немного притормозила, и дети подняли головы. Сирил и Алекс помахали ей и исчезли, будто осели песчаным облачком.
Она прикоснулась к своему лицу и улыбнулась.
Она снова была Ноэми.
Надо бы поговорить об этом с Мельхиором.
Полицейским комиссариата Деказвиля и майору Верлаге, защитникам своих шести коммун. За их великодушие, терпение и ту крепкую социальную связь, которую они умеют сохранять с населением, связь, к сожалению так часто нарушенную в больших городах.
Франсине Буске, книготорговцу от бога. Я официально объявляю магазин комиксов Деказвиля «Presse-Bulle» книжным магазином. За твою любезность и твою улыбку. Прости, что вывел тебя в романе эдакой кумушкой.
Бригаде речной полиции Парижа и особенно майору Буржо, который стерпел приступы моей морской болезни (на Сене!) и дал мне возможность познакомиться с Никола Леклерком и Сержем Дени, чтобы расставить бакены всей подводной интриги.
Спасибо, господа, за рассказ о том, что происходит под водой.
Себастьену Лиссарагу, водолазу и искателю приключений, открывателю еще неведомых водных систем.
Марку Таккону, моему судмедэксперту с самого первого романа. С учетом того количества убийств, над которым мы работали совместно, присуждаю вам звание литературного серийного убийцы.
Полковнику Мельхиору Мартинесу из госпиталя Перси, психиатру наших «оловянных носов»[53] и фликов с ранениями. Целителю и реставратору душ.
Мари Доминик Кола[54] — за все, что я узнал из ее книги «Человеческое лицо» (изд. «Lavauzelle»).
Бабетте — Ноэми Шастен тебе обязана многим. У нее твоя отвага и сила.
Стефану Дельфосу, простому и «чудесному». Если бы не твой несчастный случай, ничто не заставило бы тебя преклонить колено.
Джеймиксу, человеку без памяти, за то, что ты знаешь, что значит создать себя заново.
Бенжамену Фурре и Бенуа Аббасу, экспертам-баллистам… спасибо за 8 мм.
Доктору Кэйоту и врачу отделения неотложной помощи Денису Грушке из больницы Деказвиля, которые помогли мне изуродовать, а потом починить мою героиню.
Флоранс Бонвьяль, за нашу испанскую эскападу к Казанове и Дон Жуану.
Моим первым читателям нового романа: Мартине, Клод Википапа, Бабетте, Брюно, Додо, Каролине, Жюли, Бернару-Юго, Мартену, Лили Ла, Аурелии, Анаис.
Додо — полицейскому 24 часа в сутки, маме 24 часа в сутки, спасительнице потерянных животных 24 часа в сутки, изобретательнице 72-часовых рабочих дней.
Обену, моей деревне.
Моей семье: Мартине, Клод, Коринне и Виктору. Как-то раз мне довелось задуматься о конце света, и я улыбался, потому что все мы сидели в нашем семейном доме в Обене и смотрели, как полыхает небо.
Денизе Солиньяк. Сожалею обо всех словах, которые не смог сказать тебе, когда повзрослел.
Мишелю Лафону. Ну и приключение, шеф, ну и приключение!
Югетте Мор. Еще шесть лет назад я не был знаком с вами, а теперь без вас я не смог бы ничего написать. Я вас люблю.
Беатрисе Аржантье, специалисту по ракушкам и повторам. Вернемся в кафе «Пушкин»!
Марго Мерсье — если бы ты была комнатой в доме, то стала бы моей «panic room»[55].
Онорине Дюпюи д’Анжак, которая рассылает мои книги по всему миру: в Россию, Испанию, Италию, Германию, Англию… В моем паспорте еще есть место для новой визы!
Аниссе Наама и Анаис Ферра, волшебной парочке, которая устроила мне путешествие по Книжным салонам Франции.
Алену Дерудилю — за этот невероятный год и рекламный куш. Если встретимся, я, пожалуй, займусь стряпней. (Прости, Мартен!)
Клэр Жермути, с которой все началось.
Издательству «Pocket», Карине, Шарлотте, Эмманюэль, Бенедикте, Камилле и таинственной мадам Pocket… Выходит, во время работы можно и посмеяться!
Матье Товену, художнику, автору моих обложек, всегда самых красивых.
Брюно Шаберу, официальному фотографу моих литературных приключений, музыканту, моему другу с наших семнадцати лет, моему названому брату.
