– Да мне, в общем, все равно. Людям Агентства здесь тоже не светит ничего кроме гибели, – произнесла она спокойно, будто констатируя факт. – Увидишь, если доживешь. Послезавтра? Ну, может быть. Все умрут. Почему бы и нет, здесь умирали люди и получше. Намного лучше. Но ты симпатичный парень, и тебя жалко. Напрасно ты приехал.
– Мне сегодня все говорят, чтобы я бежал из города!
– Не беги, уже поздно. Ох, и что же мне с тобой делать… Ты кто?
– Алексей, эксперт Института Шрёдингера, – он протянул руку и мягко забрал у женщины значок, чем очень ее удивил. Ну понятно, Великая Мать не привыкла к фамильярному обращению. – Кто ты, я знаю. А ты знаешь, что уже двадцать месяцев числишься мертвой?
– KIA, надеюсь? – она слегка усмехнулась, и лицо-маска впервые стало похожим на человеческое.
– Нет. Тебя застрелили и сожгли в машине на гражданке, – мстительно сообщил Леха. – Вы с Барнардом пытались удрать в Мексику из Штатов, но безуспешно. По Барнарду есть подтвержденная ДНК, по тебе только жетон.
Вот так, йобина мать. А то больно ты крутая. Не погибла ты смертью храбрых в бою, умойся. Пристрелили, как собаку.
– Это… – теперь она глядела в пол. – Было предсказуемо.
– Ты совсем ничего не слышала… о том, что происходило в мире после конфликта? – опасно задавать такие вопросы, она может взбеситься и кончить разговор, но ничего не поделаешь, надо.
– Меня это не интересует. Не спрашивай, почему, ты не поймешь. Молчи.
Леха ждал, чувствуя спиной, как на дворе темнеет, а значит, убегает время.
– Проклятье, все было так просто. А ты все усложняешь. Как тебя зовут?
– Алексей, – терпеливо повторил Леха. – А ты?..
– Зови меня… Вик, – произнесла она медленно.
– Конечно, Вик.
– Хм… Отвыкла. Меня давно никто не звал так. А ну, еще.
– Здравствуй, Вик! – мягко выдохнул Леха, как говорят старому другу, с которым давно не виделись.
– М-да… Как странно… – она все еще держала голову чуть внаклон и смотрела только в сторону, лишь изредка стреляя черными угольками вверх и тут же пряча взгляд. Но угольки, кажется, теплели. – Думала, я все забыла. Да я и забыла! Меня это уже не касается. Но… Опять те же вопросы, проклятые вопросы, на которые нет ответов у твоего никчемного Института… А что говорит Винер? Он ведь что-то говорит?
– Винер погиб при взрыве офиса «Кибернетики» в Никосии. Все их командование, человек пять или шесть, разнесло в пыль. ДНК подтверждает.
– Ой, какая прелесть! – она даже в ладоши захлопала, только гаечный ключ мешал ей. – Но кто же?..
– Для масс-медиа это месть исламистов. В профессиональных кругах говорили о переносе конфликта из третьего мира в первый. То есть, это вы их взорвали. Бабахнуло хорошо, я был неподалеку.
– Не-ет, – протянула она. – Мы не могли. Нас уже не было в живых.
– Но Барнард добрался аж до Америки, с твоим жетоном в кармане. Почему бы и другим уцелевшим не…
– А если я скажу… Напомни, как тебя зовут?
– Алексей. Давай просто Леха.
– А если я скажу, А-лек-сей, что Барни убили у меня на глазах, вон в той стороне, у подножия горы Асо?
– Я спрошу – а тебя?
Она хрипло рассмеялась.
– Позывной «Вик» обманул судьбу и не умер, а перевоплотился. К сожалению, ненадолго. Судьба всегда догонит. Но пока еще… Жить можно. Какое-то время. Не говори мне «Вик». Это не мое имя.
– Слушаюсь, Мать.
– Нет!!!
Леха отскочил, чтобы не получить в голову ключом, а женщина уставилась на свою руку, словно на чужую.
Повернулась и зашвырнула ключ в темный коридор. Вдалеке звякнуло.
– Никак меня не называй, – прошипела она.
Постояла, стиснув ладони, раскачиваясь с боку на бок на напряженных прямых ногах, потом выхватила из кармана нечто вроде четок, начала перебирать их, и Леха увидел, как ее окаменевшее тело понемногу расслабляется.
– Думаешь, я сумасшедшая?
Леха глядел на четки.
Это были личные жетоны Института, много, штук двадцать, нанизанные на тонкий серебристый шнур.
«Ничего себе… Боялся стать восьмым? Бойся стать двадцать каким-то».
– Нет, почему же… – соврал он.
– Ну скажи, что я сумасшедшая, ты же так думаешь.
– Я думаю, ты плохо себя чувствуешь и тебе нужна помощь, – сказал Леха. – Отсюда не так уж далеко до госпиталя Мальтийского ордена, там замечательный главврач…
– Мальтийцы здесь?! – она чуть не подпрыгнула.
Ничего себе у нее лакуны в картине мира, – подумал Леха. Этому должно быть рациональное объяснение. Но какое?
– Госпиталь Ордена в аэропорту, уже давно. И они ездят по всему пригороду на своих медицинских автобусах. Тебе… ничего не рассказывают? О том, что творится в Абудже?
– Я не хочу знать! Мне это не нужно! Мне все равно!
– Но то, что Йоба не стреляет по аэропорту, связывают с тем…
– Заткнись.
– …что там госпиталь, – сказал Леха и заткнулся.
– Ну да, госпиталь! Йоба хорошая девочка и не стреляет в красный крест! Тихо! Я думаю!
