– Я незаконнорожденный сын графа. И я дал отцу обещание, что не притронусь к тебе до определённого момента. – Хенгист поджал губы, на его лице отразилась тяжёлая душевная борьба.
– Не может быть! Но ты никогда не рассказывал о своём родстве.
– Знаю. И не должен был для собственной безопасности. Ардван всегда старался держать втайне своих ублюдков: графиня нас на дух не переносит. Да и происхождение не даёт мне никаких привилегий – тогда к чему лишний раз трепаться?
– Но какое это имеет значение?! – воскликнула Эстрид, обхватив лицо супруга ладонями. – Ты не вассал графа, и клятва верности связывает тебя совсем с другим человеком. Неужели справедливо с его стороны подвергать нас такой пытке? Мы же любим друг друга и заключили союз перед взором Всевидящего. А раз так, кто из людей имеет права препятствовать нашей любви?
– Ты права, – согласился Хенгист, – мой отец несправедливо со мной поступил. Я должен сражаться на войне, а не помирать от голода в этом захолустье. А ещё проклятые обещания! У Ардвана нет души, он казнит людей направо и налево, уводит их из домов, делает, что хочет. Моя мать была женой одного серва, и граф… он просто силой забрал её и поселил в замке а, когда наигрался, прогнал обратно домой. Её муж не перенёс душевных страданий и свёл счёты с жизнью, но думаешь, Ардвану было до этого дело? Я всю жизнь старался не думать об этом, старался служить верой и правдой, как приучили…
Не договорив, Хенгист замолчал и уставился в пол. В руках он сжимал ладони Эстрид.
– Это ужасно... – прошептала Эстрид, не веря своим ушам и не понимая, как человек, которого она так уважала и чтила, мог совершать подобные вещи. Она вдруг почувствовала себя всего лишь очередной игрушкой в руках властного лорда.
Не говоря ни слова, парень притянул девушку за талию, она обвила руками его шею, и губы их слились в поцелуе. Повалив Эстрид на кровать, Хенгист стал срывать с неё одежды.
– Да! – простонала она, тая в его объятиях, – продолжай!
1.Храмовник – здесь слуга при храмах и святилищах, помогающий мобаду или дастуру в проведении служений.
Вернувшись в город, Мотан первым делом отправился в дом Никанора. Старик удивился, увидев юношу после трёх дней отсутствия.
– Не стоило сюда возвращаться, – сказал он, – кажется, ты наговорил лишнего Халкею, и теперь у тебя серьёзные проблемы. Лучше беги из города, пока вновь не явились солдаты.
– Что случилось? – не понял Монтан
– Да что тут только не случилось! Люди Лаодики приходили. Узнали, что ты пропал, и очень рассердились. А потом и вообще городская стража вломилась. Говорят, тебя обвиняют в мошенничестве и шарлатанстве. Весь дом перевернули! Ещё и меня хотели увести: почему-то решили, что мы заодно. Еле отбрехался, слава богам – передумали! Ну и проблем ты мне доставил, парень.
– Я всё улажу, – Монтан был спокоен, – никто больше не потревожит тебя. И мне они ничего дурного не сделают.
– Кажется, ты не понимаешь, с кем связался, – укоризненно покачал головой Никанор. – Если Халкей заручился поддержкой аристократии, самое разумное, что можно сделать – бежать без оглядки. В Нэосе добра не ищи. Местные шишки тебя съедят и не поперхнтся.
– Возможно, я уйду, возможно – нет. Но я должен ещё кое-что сделать.
– Что ж, воля твоя. Жаль, если тебя схватят, – вздохнул старик.
Едва Монтан покинул дом и зашагал в сторону центра, его нагнали три горожанина. Кланяясь, они обступили юношу.
– Господин, приветствуем тебя! – воскликнул старший из них, обладатель короткой жиденькой бороды и гладкой лысины.
– Приветствую, – сказал Монтан, – что нужно вам?
– О, великий господин, – человек вновь поклонился, – мы рады, что ты вернулся, ожидания наши оказались не напрасны! Меня зовут Кенэй, это Нефсефей и Хирон, – он указал на спутников. – Мы хотим следовать за тобой и учиться мудрости и истине.
– Почему вы хотите за мной следовать? Я не учитель и не пророк – я целитель.
– Господин Монтан, мы знаем, кто ты и кто тебя послал, – не унимался Кенэй, – и готовы услышать слово истины! Подвергни нас любому испытанию, если сомневаешься.
– Ну и за кого же вы почитаете меня?
– Он нас испытывает, – прошептал еле слышно один из троицы.
– Ты сын и посланник Бога Хронуса, великий маг, целитель и пророк, а так же будущий автократор всей земли, который должен явить истину племенам и народам, – благоговейно проговорил Кенэй.
