Мертвецы не пьют у Лафитта полностью

Кивнув, я отхлебнула какао. Клайв, конечно, получал много поклонов в своей повседневной жизни, но я сомневалась, что ему это нравилось так сильно, как считала Мег. Он был счастливее и спокойнее, когда мы выходили одни, без шарканья и поклонов.

— А теперь расскажи мне об этом призраке, который предупредил тебя.

Я рассказала о призраке девушки, преградившем мне путь, об её туманном образе, мелькающем пред глазами и исчезающем из поля зрения, о том, как она схватила меня за запястье, чтобы быть услышанной.

— Она набралась сил, прикоснувшись к тебе? — Мег пристально посмотрела на меня.

Пожав плечами, я ответила:

— Похоже.

— Думаю, — медленно начала она, постукивая пальцами по бокалу с виски, — что ты зря тратишь время на тренировки с матерью Оуэна.

— Ух, ты. Не тяни с ударами, Мег. Скажи мне прямо.

Да, я потерпела неудачу как ведьма. Хотя я сомневалась, что сейчас как раз то самое время, когда нам нужно было этим заниматься. Я предпочитала разбирать вампиров на части и анализировать, что с ними не так. Почему мы должны были перейти ко мне?

Она закатила глаза.

— На мой взгляд, твой дар — некромантия, в чём Лидия не может тебе помочь.

— Некромантия? Как воскрешение мёртвых?

Фу. Что, чёрт возьми, я собиралась делать с кучей зомби? По мере того, как развивались сверхдержавы, это было отстойно.

— Как в общении с мёртвыми и влиянии на них. Ты видела и могла общаться с призраком, который становился сильнее, когда прикасался к тебе. Из-за этого предупреждения Клайв всё ещё наслаждается своей нежитью. И я верю, что именно твоя врождённая способность влиять на мёртвых позволила тебе проникнуть в разум вампира с пистолетом и заставить его отстрелить себе голову.

Мег допила свой напиток.

— Учитывая время, которое ты проводишь с вампирами, я бы сказала, что некромантия — это действительно дар.

Зазвонил мой телефон. Похлопав себя по карманам в поисках, я нашла его в своей толстовке.

Клайв: Где ты?

Я: С Мег.

Клайв: …ты на крыше?

Я хихикнула.

Я: Извини, что прерываю тебя, но Годфри попросил Мег помочь, сказав, что она будет охранять меня. Когда я ушла в поисках дивана вне твоего дома, она последовала за мной. Тааак что, Мег на крыше нет. Однако она позвонила Гору, чтобы тот взял всё на себя.

Клайв: Понятно.

Вот и всё. Понимаю. Никаких дальнейших извинений за то, что был мудаком и угрожал бросить меня. Наконец появились точки.

Клайв: Я надеялся поговорить с тобой сегодня вечером. Где ты?

Я: Я у Мег и не скажу тебе, где это. Я сражалась вместе с тобой. Я убила 5 вампиров, а ты всё: «О, я не могу быть с тобой, потому что…» кто, чёрт возьми, знает?

— Знаешь, довольно невежливо писать смс, когда кто-то сидит рядом с тобой.

— Заткнись, Мег.

Я: И Мег думает, что я смогла трахнуть этого последнего вампира и заставить его вышибить себе мозги, потому что я некромант. Так что помни об этом в следующий раз, когда запланируешь меня бросить. Я заставлю тебя прыгать и свистеть перед твоими маленькими друзьями-вампирами!

Клайв: Это тревожная, но эффективная угроза. Ответь на звонок.

Секунду спустя зазвонил телефон. Я вскочила и прошла в тёмную заднюю часть церкви, прежде чем ответить. Я знала, что Мег всё ещё может слышать, вероятно, обе стороны разговора, но это казалось более личным. Скользнув на последнюю скамью, я нажала «Ответить».

— Что?

Последовала долгая пауза.

— Я осознаю, что сильно облажался, и готов пресмыкаться в любой форме, которую ты предпочтёшь.

— Что, если эта форма примет форму того, как ты бреешь голову и всегда идёшь на три шага позади меня?

Я услышала, как Мег фыркнула, но проигнорировала её.

— Я бы сказал, что предпочёл бы идти по жизни рядом с тобой, но если это то, что тебе нужно, я подумаю об этом. Я бы, по крайней мере, наслаждался видом

У меня, правда, была хорошая задница. Всё дело в беге.

— Итак, если ты звонишь не для того, чтобы меня мучить, то зачем ты это делаешь?

— Затем что хотел услышать твой голос.

Мег издала рвотный звук.

— Так, кстати, что всё это значило? Почему Новый Орлеан пытается убить тебя?

— Я не считаю, что весь город хотел бы видеть меня мёртвым. Лафитт, однако… он полагает, что конкуренция существует там, где её нет.