Он с силой оттолкнул Анджея и тот отступил смирившись. Не оглядываясь Дит начал свой спуск по железной ржавой лестнице. Теперь он знал, что весь его долгий путь не был таким уж бессмысленным. С самого начала где-то в глубине души он хорошо понимал, ради чего однажды открыл глаза в пустом заброшенном Ковчеге. Ради чего и главное за кем отправился в проклятый гибельный инопланетный ад. Всё обретало чёткость. Возможно, его вела слепая судьба и он был благодарен ей за преподнесённый в конце пути щедрый подарок. Но страх всё же оставался. Да, Ковчег пропускал его вниз, но это ещё не означало, что он способен вернуть ему живущую лишь в его обрывочных электронных посланиях любимую женщину.
Но он должен попробовать.
Просто обязан.
Иначе все, что с ним до сих пор произошло, лишалось всякого смысла.
***
Внизу ничего не поменялось с тех самых пор, как он в первый раз очнулся здесь. Гигантский стальной паук всё также затаился на покрытом копотью высоком потолке, приготовившись стремительно схватить беспечно проходящую внизу ничего не подозревающую жертву. Клубились облака белого пара, хрустел под ногами раскрошившийся пластик.
Дойдя до середины просторного полутёмного коридора, Дит опустился на колени. Курящаяся вокруг полутьма казалось заглядывала ему через плечо, с интересом наблюдая за тем, что же он собирается делать.
Осторожно развинтив урну, Дит высыпал на руку горсть человеческого праха и, немного подождав, стряхнул его на металлический пол. Облачко серой пыли тут же взметнулось в воздух, втянувшись в узкие щели до сих пор функционирующей вентиляции.
- Пожалуйста, - громко взмолился человек, и эхо его голоса гулко заметалось по стальным пустым коридорам. – Я очень тебя ПРОШУ. Сделай это для меня. В первый и в последний раз в жизни. И я хорошо отплачу тебе за это. Я принесу тебе жертву. Огромную жертву. Ты будешь доволен этой кровавой гекатомбой. Те, кто решил заселить планету без спроса, будут покараны. Те, кто захотел колонизировать её, умрут. Те, кто разворовывал её богатые недра, кто предавал и обманывал. Кто калечил людские судьбы ради своей выгоды и благополучия. Я накажу их всех, потому что именно ты дал мне в руки мой карающий клинок. Я твоё оружие. Щит и меч. Мы нанесём им удар в их главном логове и они уже никогда не смогут посягнуть на этот мир. Просто ВЕРНИ МНЕ ЕЁ.
Ему показалось или тьма вокруг действительно пришла в лёгкое движение?
Со всех сторон к стоявшему на коленях мужчине поползли языки густого причудливо извивающегося чёрного дыма. Эти языки со свистом вырывались из вентиляции в потолке и стенах, из сливных отверстий в полу, из ненасытных глоток мёртвых переходов. Языки собирались в заброшенном Ковчеге в некое подобие гигантской змеи, плотно окружая съежившегося в позе молящегося перед ними мужчины.
- Пожалуйста! - прокричал Дит, чувствуя что теряет сознание. – Верни её мне…
И ожившая тьма поглотила его.
Стальная урна выпала из рук, с грохотом покатившись по бетонному полу оставляя за собой длинный пыльный след…
«Нет, это - не предчувствие лезвия,
что отделит меня от меня,
Не уверенность в том, что после будет не так,
как мы себе представляем.
Пусть же случится все,
что должно случиться, - и хватит.
Но пусть все люди спят в этот час,
а во двор, обнесенный глухими стенами,
на рассвете придут лишь одни жаждущие крови зрители
и голоса их заглушат шум моей крови,
Пусть же воистину не будет ни человека, ни дерева,
ни солнца в окне,
Потому что не будет окна,
Пусть все свершится во мраке безглазом,
Пусть все люди спят, когда их частицу отделят от них.
Нет, нет, это - не предчувствие казни,
предсмертного ужаса,
что разорвет мои нервы, словно ремни, какими я связан,
Не предчувствие вечностью кажущегося мгновенья,
когда упадет треугольный нож гильотины,
Нет, не надежда на то, что, может быть, все не закончится после,
нет, не крик, что непроизвольно разрывает мой рот».
Хулио Кортасар
Заархивированное письмо №015