– Фу! Завтра ночью тебе понадобятся все твои силы, так? А я в порядке.
– Как ты себя чувствуешь с тех пор, как пила меня? С тех пор, как я дал тебе свою кровь?
– Хорошо, – признала я, подумав.
– Болела хоть раз?
– Нет, но я почти никогда не болею.
– У тебя стало больше энергии?
– Может, и стало бы, если бы ты не забирал ее обратно, когда пьешь меня, – съехидничала я, чувствуя, что уголки губ ползут вверх.
– Ты стала сильнее?
– Я… да, наверное, – впервые за все это время я осознала, что раньше ни за что не затащила бы в дом тот новый стул, который привезли на прошлой неделе.
– Тебе стало проще контролировать свой дар?
– Да, это я заметила, – и списала на появившуюся возможность лучше расслабиться.
– Если ты выпьешь моей крови, завтрашней ночью ты будешь сильнее.
– Зато ты ослабнешь.
– Если ты не пожадничаешь, я восстановлюсь за день, во сне. И, возможно, успею найти кого-то, чью кровь смогу выпить до нашего отъезда.
Мое лицо исказила боль. Подозревать о том, что Билл делает, – совсем не то же самое, что знать точно.
– Сьюки, это ради нас. Я не буду заниматься сексом ни с кем, кроме тебя, даю слово.
– Думаешь, это правда необходимо?
– Это может дать нам преимущество – а в нашей ситуации нужно использовать их все.
– Ладно. Как это делается? – Я плохо помнила ту ночь, когда меня избили, и в глубине души радовалась этому.
Билл взглянул на меня с недоумением – мне даже показалось, что моя реакция его позабавила.
– Разве тебя это не возбуждает, Сьюки?
– Пить твою кровь? Прости, у меня другие фетиши.
Он покачал головой, словно был не в силах меня понять.
– Я забыл, – просто сказал он. – Забыл, что может быть по-другому. Ты предпочтешь шею, запястье, пах?
– Точно не пах, – резко сказала я. – Билл, я не знаю. Фу. Мне все равно.
– Шея, – решил он. – Ляг на меня, Сьюки.
– Слишком похоже на секс.
– Так будет проще всего.
Я оседлала его и осторожно опустилась к нему на грудь. Ощущения были своеобразными – поза не ассоциировалась у меня ни с чем, кроме занятий любовью.
– Кусай, Сьюки, – прошептал Билл.
– Я не могу! – возмутилась я.
– Кусай, или мне придется использовать нож.
– У меня не такие острые зубы.
– Ты справишься.
– Тебе будет больно.
Он беззвучно рассмеялся. Я чувствовала, как его грудь двигается подо мной.
– Черт, – выдохнула я и, собравшись, впилась зубами в его шею. Я старалась, потому что не хотела второй попытки. Рот заполнил металлический вкус крови. Билл тихо застонал, его руки погладили меня по спине и спустились ниже. В какой-то момент его пальцы коснулись промежности, и я удивленно ахнула.
– Пей, – прерывисто сказал он, и я торопливо сглотнула. Билл застонал громче, глубже, и я почувствовала, как он прижался ко мне.
Во мне пульсировало безумие; я прижалась к нему вплотную, и он вошел в меня. Он двигался во мне, его руки сжимали мои бедра, и я пила его кровь, погружаясь в видения – наполненные тьмой видения, в которых я поднималась из земли, охотилась, наслаждаясь стремительным бегом по лесу, тяжелым дыханием и ужасом жертвы – жертва спотыкается, я слышу, как кровь пульсирует в ее венах…
Билл издал глубокий грудной стон и излился в меня. Я подняла голову от его шеи, и волна темного восторга вытолкнула меня на поверхность.
Довольно необычный опыт для официантки-телепатки из северной Луизианы.
К следующему закату я подготовилась. Билл сказал, что планирует укусить кого-нибудь до нашего отъезда, и, как бы меня ни печалила эта мысль, я согласилась, что она неплоха. К тому же Билл был прав насчет того, как будет работать принятый накануне неконвенциональный стимулятор. Его эффект оказался потрясающим. Я чувствовала себя очень сильной, очень внимательной, очень решительной и, как ни странно, очень привлекательной.
Что же надеть на предстоящее интервью с вампиром? Я не хотела выглядеть так, как будто пытаюсь подчеркнуть свою привлекательность, но и позориться, надевая бесформенный мешок, не собиралась. В итоге я остановилась на голубых джинсах, белых сандалиях и голубой футболке с глубоким декольте. Я не носила ее с тех пор, как начала встречаться с Биллом, потому что она не закрывала следы от укусов. Но сейчас было нелишним подчеркнуть мою «принадлежность» Биллу. Вспомнив о копе, который осматривал мою шею в прошлый раз, я спрятала в сумочку шарф. Подумав еще немного, добавила также серебряное ожерелье. Я причесала волосы, которые, кажется, стали оттенка на три светлее, и отбросила их за спину.
Когда я начала переживать, уже представляя Билла с кем-то другим, он постучал. Я открыла дверь. С минуту мы рассматривали друг друга. Его губы были ярче, чем обычно, – значит, он действительно кого-то пил. Я прикусила губу, чтобы ничего не сказать.
– Ты изменилась, – начал он.
– Думаешь, кто-то еще заметит? – Я надеялась, что нет.
– Не знаю. – Билл протянул мне руку, и мы спустились к его машине. Он открыл для меня дверь, я проскользнула мимо него, чтобы сесть, и запоздало напряглась.
– Что-то не так? – спросил он через секунду.
– Ничего, – я старалась, чтобы мой голос звучал ровно.
