| выходит: вы мне хотите нанесть такое оскорбленье... Видно, я вам наскучила уже; видно, вы хотите прекратить со мною всякое знакомство". Бедная Софья Ивановна не знала совершенно, что ей делать. Она чувствовала сама, между каких сильных огней себя поставила. Вот тебе и похвасталась! Она бы готова была исколоть за это иголками глупый язык свой. |
| In other words, the ladies proceeded to indulge in a conversation on the subject of dress; and only after this had lasted for a considerable while did the visitor let fall a remark which led her entertainer to inquire: "And how is the universal charmer?" | "Ну, что ж наш прелестник?" сказала между тем дама приятная во всех отношениях. |
| "My God!" replied the other. "There has been SUCH a business! In fact, do you know why I am here at all?" And the visitor's breathing became more hurried, and further words seemed to be hovering between her lips like hawks preparing to stoop upon their prey. Only a person of the unhumanity of a "true friend" would have had the heart to interrupt her; but the hostess was just such a friend, and at once interposed with: | "Ах, боже мой! что ж я так сижу перед вами! вот хорошо! Ведь вы не знаете, Анна Григорьевна, с чем я приехала к вам?" Тут дыхание гостьи сперлось, слова, как ястребы, готовы были пуститься в погоню одно за другим, и только нужно было до такой степени быть бесчеловечной, какова была искренняя приятельница, чтобы решиться остановить ее. |
| "I wonder how any one can see anything in the man to praise or to admire. For my own part, I think - and I would say the same thing straight to his face - that he is a perfect rascal." | "Как вы ни выхваляйте и ни превозносите его", говорила она с живостью, более нежели обыкновенною, "а я скажу прямо, и ему в глаза скажу, что он негодный человек, негодный, негодный, негодный". |
| "Yes, but do listen to what I have got to tell you." | "Да послушайте только, что я вам открою..." |
| "Oh, I know that some people think him handsome," continued the hostess, unmoved; "but I say that he is nothing of the kind - that, in particular, his nose is perfectly odious." | "Распустили слухи, что он хорош, а он совсем не хорош, совсем не хорош, и нос у него... самый неприятный нос..." |
| "Yes, but let me finish what I was saying." The guest's tone was almost piteous in its appeal. | "Позвольте же, позвольте же только рассказать вам... душенька, Анна Григорьевна, позвольте рассказать! Ведь это история, понимаете ли: история, сконапель истоар", говорила гостья с выражением почти отчаяния и совершенно умоляющим голосом. Не мешает заметить, что в разговор обеих дам вмешивалось очень много иностранных слов и целиком иногда длинные французские фразы. Но как ни исполнен автор благоговения к тем спасительным пользам, которые приносит французский язык России, как ни исполнен благоговения к похвальному обычаю нашего высшего общества, изъясняющегося на нем во все часы дня, конечно, из глубокого чувства любви к отчизне, но при всем том никак не решается внести фразу какого бы ни было чуждого языка в сию русскую свою поэму. Итак, станем продолжать по-русски. |
| "What is it, then?" | "Какая же история?" |
