Два месяца он провозился у себя на квартире без отдыха около мыши, которую засадил в маленькую деревянную клеточку, и добился наконец до того, что мышь становилась на задние лапки, ложилась и вставала по приказу, и продал потом ее тоже очень выгодно.
Когда набралось денег до пяти рублей, он мешочек зашил и стал копить в другой.
…как только раздавался звонок, он бросался опрометью и подавал учителю прежде всех треух…
— При смерти на одре привел Бог заплакать, — произнес он слабым голосом и тяжело вздохнул, услышав о Чичикове, прибавя тут же, — Эх, Павлуша! вот как переменяется человек! Ведь какой был благонравный, ничего буйного, шелк! Надул, сильно надул…
