Он уперся коленом в спину жертвы, и это позволило ему увеличить усилие. С перекошенным лицом, сам хрипя не хуже убиваемой им девушки, Вадим буквально озверел. Глаза его безумно сверкали, в уголках губ пузырилась слюна.
Какие бы предметы туалета не оказались между горлом несчастной и удавкой палача, это была всего лишь ткань, мягкая материя.
Через несколько секунд тело жертвы несколько раз конвульсивно дернулось и застыло.
Все было кончено.
Но убийца не заметил этого. Он продолжал душить. Противоестественный дуэт распался, и теперь он хрипел соло.
— Все, все! — подскочила к нему Татьяна. — Все кончено! Оставь ее!
Еще некоторое время Вадим не воспринимал действительность.
— Отпусти ее! — принялась тормошить его подруга. — Уже все!
— Все? — тяжело дыша, переспросил Вадим и ослабил хватку.
— Да! Кончено!
— Точно?
— Конечно! Была агония! Все. Отдохни. Отдышись. Все позади.
Молодой человек, не глядя на убитую, отошел в сторону и принялся ходить взад-вперед по сараю, приходя в себя и восстанавливая дыхание.
— Ч-черт! Шнур слишком эластичный! — как бы оправдываясь, произнес он.
— Не в этом дело. Просто одежда мешала. Вязанная кофта, шарф.
— Думаешь?
— Конечно. А ты все равно справился! Вот что значит сильный мужчина!
— Ты мне тоже подсобила. Если бы она веревку оттянула, я бы не выдержал. Лупил бы ее, пока не замочил. А это ведь нам не надо?
— Все хорошо, что хорошо кончается. Видишь, а ты не верил в знаки!
— Да ну тебя, ерунда все это!
— Эта сучка порвала мне перчатку! — вдруг зло воскликнула Татьяна.
— Руку не поцарапала?
— Вроде нет, обошлось. Но перчатку жалко. Фирменная, итальянская. Убила бы ее!
— Уже.
— Что?
— Ничего. Перчатка — ерунда, новую купим. Я, кстати, тоже карман порвал.
— Не расстраивайся, зашью — будет как новенький, даже лучше.
— Я и не расстраиваюсь.
Татьяна подошла к трупу. Тело Аллы сползло с верстака и теперь осевшим кулем покоилось на дощатом, довольно чистом для сарая полу.
Обшарив карманы убитой, Татьяна вытащила сложенный вчетверо тетрадный лист бумаги и, развернув его, мельком взглянула на написанный там текст.
— Порядок? — следя за ней безо всякого напряжения, спросил Вадим.
— Полнейший! — тряхнула головой девушка и спрятала расписку в карман.
— Может, у нее еще что по карманам интересного натыкано?
— Нам это ни к чему. И сережки оставим. Пусть у ментов даже мыслишки о корыстном характере не мелькнет.
— А вдруг у нее там..?
— Нет. Действуем по плану. У нас есть цель и мы к ней идем. Не будем крохоборничать. А то звезды могут отвернуться от нас.
— Ну… Как хочешь..!
Поздней осенью в Сибири темнеет рано. Еще не было шести, когда подельники, упаковав тело и положив его в багажник, поехали за город. Татьяна не позволила своему другу выпить ни капли, несмотря на очевидную необходимость снятия стресса. У гибдэдэшников не должно быть ни малейшего повода для придирок! Несколько часов ожидания и вынужденного безделья были конечно не самым приятным времяпровождением, но в конце концов это испытание осталось позади.
Татьяна все-таки обыскала тело убитой и весьма тщательно. Ни документов, ни каких-либо предметов, указывающих на личность девушки она не обнаружила, а остальные вещи — деньги, ключи, косметику и прочую мелочь — оставила на своих местах.
Ранним вечером мимо КПП ГИБДД на Павловском тракте идут нескончаемые потоки машин в обе стороны. Праворукая "Тойота-Карина" не привлекла ничьего внимания и беспрепятственно покинула город.
При подъезде к заранее выбранному месту парочка решила, что еще недостаточно темно, и на их машину могут обратить внимание и запомнить. Поэтому они не спеша проследовали до Павловска, там, на объездной дороге, развернулись и возвратились к нужному пункту. Это был свороток с трассы на Черемное.
К лесопосадкам они проехали в полной, что абсолютно их устраивало, темноте. Съехали с дороги и вышли из машины.
— Вроде никого нет? — оглядевшись, произнес молодой человек.
— Кому здесь быть! — откликнулась его подруга. — Мы же все предусмотрели!
— Ладно, свети. И поглядывай вокруг, мало ли что. Двинули.
Татьяна подсвечивала фонариком, а Вадим, вытащив из багажника труп, на руках отнес его в лесопосадки. Там он скинул его в овражек, даже не овражек, а небольшую выемку в земле, которую они заранее присмотрели. Бросили сверху кучу листьев, которую Татьяна, человек основательный, нагребла двумя днями раньше.
— Ну все, порядок, — осмотрев еще раз с помощью фонарика проделанную работу, вынесла заключение девушка. — Поехали.
Они вернулись к автомобилю и, пока не достигли трассы, молчали. Выбрав момент, когда в непосредственной близости не было ни одной машины, а многочисленные глаза фар с обеих сторон светили достаточно далеко, выехали на Павловский тракт и устремились по направлению к городу. Только теперь многочасовое напряжение начало отпускать их — Вадим смело давил на газ, уже не боясь встречи с гибдэдэшниками — подумаешь, штраф! — а Татьяна расслабленно откинулась на спинку сидения.
— Давай сюда свой эспандер! — протянула она руку водителю.
