Вирус уничтожает человечество. Но небольшой группе представителей человеческой расы удалось выжить. Все остальные превратились в монстров. Все женщины мертвы, кроме Иви. Из-за изменения ее генетической системы, она выживает. Когда ее физиология начинает претерпевать изменения, ей необходимо смириться с тем, кто она есть, и принять свое предназначение в поисках лекарства. Мутировавшие люди охотятся за ней. Мужчины ожесточились против нее… за исключением троих. Загадочный воин, кающийся любовник, заботливый враг — они яростно защищают последнюю живую женщину, но в то же время каждый преследует собственные цели. Смогут ли они объединиться, чтобы защитить единственную надежду человечества? Иви должна выжить любой ценой.
Угол обзора камеры изменился, и она упала. Крики Митча превратились в бульканье. Боковой обзор камеры захватил вид примятой травы, дым; красные и синие огни заполнили экран телевизора.
Я ткнула кнопку питания на пульте, и клип, который я видела множество раз, исчез. Новостные трансляции постоянно показывали повтор. Сколько прошло с тех пор, как камера перестала двигаться? Четыре… пять недель?
Я лежала в кровати рядом со стеклянной дверью, открывающейся в освещенную солнцем комнату, выходящую на террасу. Комната открывала вид на увядшие цветы, разросшиеся кусты и бассейн, затянутый водорослями. Было время — не так давно — когда мне нравился вид из моей постели.
Шипение и мелькание белых точек заполнило экран. Солнце клонилось к кленам, посаженным вдоль границы собственности. Серебристо-зеленые листья покачивались в угасающем свете. Смена весны летом была моим любимым временем года в Миссури. Я бы оставила дверь открытой и приветствовала богатый запах подсыхающей земли после сезона дождей.
Но двери оставались закрытыми, и удушающая затхлость душила комнату. Я упала на подушку. Выпирающие кости моих бедер угрожали продырявить хлопковые простыни. Моя порция ужина на ночь осталась нетронутой.
Тусклые пряди волос опутали меня. Я подергала кончики. Всего пару месяцев назад я гордилась своей физической формой. Будучи вегетарианкой, я пробегала пять миль в день. Таскала железо с Джоэлом каждое утро. Но это было раньше. За два месяца двадцать фунтов[1] мышц просто испарились из моего тела, оставив хрупкую оболочку, чтобы удерживать то, что осталось от моей души.
Волоски на затылке встали дыбом. Тени, скрывающие террасу, уплотнились и стали гуще. Там, сразу за солнечной верандой, образовалась тьма.
Терраса находилась на втором этаже. Джоэлу пришлось обрубить лестницу, чтобы обезопасить наш дом от мародеров и других угроз. Он сказал, что понадобится ниндзя или лестница длиной в сорок футов[2], чтобы добраться до террасы снаружи.
Единственный путь внутрь дома был через забаррикадированную входную дверь. И я бы услышала, как открылись двери гаража.
Конечно же, я была одна.
Я обхватила себя руками и скосила глаза на террасу.
Маленькая фигурка возникла по ту сторону стеклянной двери. Плечи поднялись к ушам, и по спине пробежали мурашки. Размытый контур детской фигуры становился четче. Тьма становилась гуще и чернее там, где должны были быть глаза. Мишка Тедди болтался в руке.
— Аарон? — выдохнула я и попыталась сесть. Мои руки тряслись от усилий.
Тень растворилась в пустоте. Я протерла глаза.
Очередной кошмар? Но я бодрствовала.
Дыхание участилось, и я постаралась вернуть контроль над ним. Тень не была настоящей. Это не мог быть Аарон. Я видела, как мой мальчик умер два месяца назад.
Тишину прорвало хихиканье и топот ног. Мясистая ладонь прижалась к стеклу, но сразу же отдернулась и пропала в темноте. Я ухватилась за простыни и судорожно проглотила комок в горле. Маслянистый отпечаток остался на стекле.
Скрип гаражной двери вернул меня к реальности. Джоэл, должно быть, вернулся из того места, куда бы он ни ходил. Если это был не он… что ж, возможно, мое желание смерти, наконец, исполнится.
Каждый зам
