– Так, балуюсь. Ты залез в мой альбом?
– Он выпал из сумки и раскрылся, – признался Ривер.
– Ага. Только не говори, что у меня лица не получаются. Я знаю. Просто в нашей деревне без хобби никак.
– А как же полеты?
– Полеты – это не хобби. – Зеленые глаза серьезно посмотрели на него. – Это настоящая жизнь. Вот попробуешь – поймешь.
– Может, и попробую. Когда следующий?
– Завтра. – Она едва заметно улыбнулась, будто вскользь намекнула на какой-то секрет. – Нет, со мной завтра нельзя. – Она поцеловала его. – Мне пора. Надо подготовить паб к открытию.
– Я попозже зайду.
– Отлично. – Помолчав, она добавила: – Было очень мило, мистер Уокер.
– Вот и я так думаю, мисс Троппер.
– Но это не значит, что тебе позволено без спросу рыться в моих вещах, – сказала она, прикусив ему мочку уха.
Как только захлопнулась входная дверь, Ривер позвонил Лэму.
– О, наш агент ноль-ноль-семь! Ну как, разузнал что-нибудь?
– Ничего. Тут сплошные тупики и недоуменные взгляды, – сказал Ривер, уставившись на свои босые ноги. – Если мистер Эл здесь и был, то сразу исчез.
– Черт возьми. И где же он теперь? Прячется? Или еще что?
– Если он здесь вообще был. Может, его нога тут и не ступала. Может, он отправился еще куда-то, а таксист не заметил.
– А может, от тебя нет никакого толку. Там что, такая огромная деревня? Целых три дома и пруд с уточками. Ты коровник проверил?
– А зачем ему понадобилось ехать сюда из Лондона, чтобы прятаться в коровнике? Тут и коровника-то нет. – Ривер заметил носок, повисший на карнизе для штор. – Он здесь не живет. Ни под каким именем. Гарантирую.
– Ты так хорошо изучил местное население?
– Ну, некоторый прогресс наметился.
– Черт возьми, – вздохнул Лэм. – Ты с ними трахаешься.
– Здешние жители либо пенсионеры, либо работают в городе или на удаленке. Много пустующих домов. Собираются закрывать школу, что явный признак…
– Если бы мне была нужна передовица, я бы почитал «Гардиан». А что с полигоном?
– Министерство обороны не любит, когда туда забредают посторонние. Но там же не испытывают секретное оружие. Это обычное стрельбище.
– Которое когда-то было американской авиабазой. Мало ли какие игрушки хранились в их чуланах.
– Ну, вряд ли сейчас там что-то хранится.
– Но если обнаружатся доказательства присутствия игрушек, то это доставит много неудобств, – заметил Лэм.
Тоже мне, знаток выискался, подумал Ривер и сказал:
– Ага. – Он снял носок с карниза. – Поэтому я и звоню. Ночью пойду на полигон, проверю, что там и как.
– Давно пора, – буркнул Лэм и, помолчав, добавил: – Ты одет? У тебя голос какой-то раздетый.
– Одет, одет, – сказал Ривер. – Как там Луиза?
– Работает.
– Ну да. Конечно. А как она вообще?
– Ее полюбовник попал под колеса, и его размазало по мостовой. По-твоему, она просыпается с песней на устах?
– Это точно несчастный случай? Ты проверил?
– С каких это пор мы с тобой поменялись местами?
– Я просто спросил.
– Пьяный велосипедист. По-моему, эта фраза означает «донор органов».
– Да пошел ты нафиг, Джексон! – расхрабрился Ривер. – Харпер – один из твоих подчиненных. Если бы в него молния ударила, ты бы допросил погоду. Мне просто интересно, что там и как.
В трубке послышался щелчок зажигалки.
– Он наклюкался, – сказал Лэм. – Сначала пошел в паб через дорогу, выпил пива. Потом заглянул еще куда-то и надрался водки. Потому что они с Луизой поссорились.
Ривер зажмурился. Ну разумеется, они поссорились. Сначала ссорятся, потом напиваются. Так оно и бывает.
– А где он пил водку?
– Неизвестно. Прикинь, сколько баров в Лондоне к западу от Сити-роуд?
– А на камерах…
– Черт, и как же мы раньше-то не догадались! – Лэм глубоко затянулся. – Он мелькает на камерах по Оксфорд-стрит. Вроде бы. Запись черно-белая, все велосипедисты на ней одинаковые. А на месте происшествия – ничего. Камера разбилась, когда в столб врезался автомобиль.
– Интересное совпадение.
– Вот-вот. И говорит оно о том, что на этом перекрестке часто случаются аварии. Псы ничего подозрительного не обнаружили.
– Ага. – Ривер и сам не понял, что хотел этим сказать. Все-таки Псы. – Ну ладно. Я позже позвоню.
– Обязательно позвони. Кстати, Картрайт, если ты еще раз надумаешь послать меня на фиг, будь добр, сам отойди куда подальше.
– Так ведь я и есть где подальше, – объяснил Ривер.
– Извинения приняты.
Ривер отшвырнул мобильник и пошел принимать душ.
– Ну что, все готово к завтрашней встрече? – Пашкин обращался к ним обоим, но говорил с Луизой.
– Все под контролем.
– Не хочу никого обижать, но, по-моему, вы не из Министерства энергетики.
Лонгридж открыл было рот, но Луиза его опередила:
– Верно.
– МИ-пять?
– Один из отделов.
– Подробности вам знать необязательно, – сказал Маркус.
Пашкин кивнул:
– Разумеется. Я не хочу вас компрометировать, просто определяю… параметры. Меня охраняют мои люди…
Кирилл стоял у двери, а Петр отирался поблизости; сегодня они держались совершенно иначе, не с такой залихватской удалью, как три недели назад, в тот день, когда Мин…
– …а вам, как я полагаю, поручено обеспечить, чтобы все прошло гладко.
– Так оно и пройдет, – сказал Маркус.
