— Поразительно, — выдохнул полковник. О’вар так же был не менее удивлен. Однако, в глазах свирепого это было еще одно «за» в пользу того, что беглец какой-то неизведанный вид визопода… — Мы можем что-то внедрить из всего перечисленного в проект «Химера»?
— Не думаю. Тут нужны годы исследований, к тому же нам не понятна природа этих изменений, да и есть еще кое-что….
— Давайте, проф, не томите, — скривился Джонс.
— Эти изменения не конечны.
— То есть это существо продолжает мутировать?
— Да, сэр.
— Прогнозы?
— Никаких, мы даже пока не понимаем где он берет ресурсы для столь серьезной перестройки организма…
— Вы же сами пичкаете его капельницами, — удивился полковник. — Оттуда и берет.
— Для регенерации — да. Для глобальной перестройки организма с неизвестными элементами — определенно нет. Ведь мы не знаем откуда он их берет, видимо, организм синтезирует их как-то, но как? Где? Этого мы пока узнать не можем.
— Я вас понял, — задумчиво кивнул Джонс. — Все что вы мне рассказали крайне увлекательно, однако, мне все же хотелось ТОЧНО знать является ли это существо гражданином Соединенных Штатов или перед нами искусная подделка. Ну может клон там какой-то или еще какая неведомая чертовщина.
— Хм… Если бы процесс перестройки был бы завершен, то, скорее всего, мы не смогли бы этого узнать. А так есть еще реальные шансы. Нам понадобятся медицинская карта Криса до исчезновения и, желательно, его ДНК.
— Попробую все достать в самые короткие сроки. С этим все?
— Есть еще один нюанс, но это мне хотелось бы обсудить с вами потом наедине, полковник, — немного занервничал ученый, поглядывая на фигуру свирепого, который хоть и стоял в стороне, но, безусловно, все слышал.
— Хорошо. Теперь давайте поговорим о втором объекте, — переключил полковник свое внимание на яйцо. — Что вам удалось выяснить?
— Значительными результатами в этом вопросе, к сожалению, похвалиться не можем. Алмазный бур эту штуку даже поцарапать не может! — возмутился ученый, на что О’вар показательно хмыкнул. Свирепый предупреждал белохалатников, что они напрасно тратят время, так как артефактные предметы неразрушимы, но его, естественно, никто не послушал. — На температурные изменения оно тоже никак не прореагировало, ей что тепло, что холод — все едино. Собственная температура тоже ни разу не поменялась и равна 39,3 по Цельсию. Акустические приборы фиксируют мерное сердцебиение внутри яйцевой оболочки, но что за существо находится внутри мы выяснить так же не в состоянии, так как ни томографы ни рентгены не могут просветить объект. Мы отсканировали символы на внешней оболочке, на данный момент изображения загружаются в суперкомпьютер. Он вычислит закономерности, если такие, конечно, имеются, а так же прогонит через все базы данные и дополнительно сравнит с изображениями и фотографиями, которые имеются в сети. Вдруг найдем какие-либо совпадения… — без особой уверенности добавил белохалатник. — Что касается свечения, то оно излучается только в видимом спектре и равна около 553 нанометрам. Ни в каких других спектрам нам ничего обнаружить не удалось, — белохалатник взял паузу.
— Мда, не густо, — принял полковник паузу ученого как окончание доклада.
— Сэр, это еще не все.
— А к чему тогда такие драматические паузы?
— Просто, я и сам не знаю, как воспринимать следующую информацию, — вздохнул ученый, нервно теребя листки с докладом. — Как вы помните, мы уже несколько лет изучаем так называемую пассивную телепатию, больше известную как мыслеречь, — полковник кивнул. — Так вот у нас есть соответствующее оборудование, которое фиксирует волны, с помощью которых передаются образы, по средством чего, собственно, и возможно преодоление языкового барьера.
— Ну и?
— От второго объекта исходят такие же волны.
— Ну охренеть, — поразился полковник. — Оно что пытается нам что-то сообщить.
— Не нам. Как мы предполагаем волна узконаправленная и, скорее всего, существо внутри пытается установить с кем-то контакт. Но это всего лишь теория, — поспешно добавил ученый. Джонс помассировал виски, пытаясь переварить услышанное. — Теперь точно все?
— Да, сэр.
— Ну что ж, тут есть над чем поразмыслить… Хотя вопросов родилось еще больше. Что можете сказать по браслету? — задал очередной вопрос полковник.
— Материал — обычная древесина, схожая с земными типами. По строению наиболее близка к дубу. С рунами мы разбираемся аналогичным образом, что и с символами, но один из наших сотрудников увлекается языками и древними алфавитами — говорит ничего похожего в жизни не видел, так что я бы тоже особо не надеялся на какие-либо подвижки.
— Это все очень интересно, но меня больше интересует содержимое браслета, — подтолкнул Джонс ученого в нужное русло. Слово «магия» полковник, впрочем, как и остальные ученые старательно избегал и не хотел произносить вслух. Ну никак не укладывались в его голове такие понятия., как бы он не старался принять их.
— А нечего мне сказать, — развел руками ученый.
— В смысле? — взлетели брови военного. — У вас самое совершенное оборудование на Земле и вам мне нечего сказать?!
