– Не знаю. Я хотела выяснить, но мне не удалось. Я пыталась говорить с девушкой, но она втрескалась в него по уши. Посмотрели бы, как светилась ее глупая мордашка каждый раз, когда я упоминала его имя. Она упорно отрицала, что хоть раз встречалась с ним. А я была такой дурой, что рассказала ей о слежке. Худшей ошибки я не совершала. – Опять ее кулаки сжались так, что побелели костяшки пальцев. – Она передала наш разговор Ройсу. Он пришел ко мне, и по его лицу я поняла, что у нас с ним все кончено. Я думала, он убьет меня. Он приказал мне собираться и уходить. Я была слишком напугана, чтобы вымолвить хотя бы слово. Теперь я думаю, что поэтому он и не стал меня убивать. Он стоял в дверях спальни и следил за тем, как я собиралась. Когда я уложилась, он схватил меня за руку и держал до тех пор, пока не кончил говорить. У меня синяки на руках потом три недели не сходили. Он сказал, что я не имею права отлучаться из города. Приказал работать в клубе “Хэй-Дэй” и никому ничего не болтать о его делах. Он назначил Хуана моим тюремщиком и предупредил, что, если только я проговорюсь о нем, или вздумаю к нему подойти, или выбраться из города, Хуан тотчас же мною займется. Я поняла, что он подразумевал. Вот так я и жила последние четырнадцать месяцев. За это время я так его и не увидела и ни разу не поговорила. Он не давал мне ни цента. И вот что я теперь натворила! Если они меня поймают, то убьют.
– Не поймают, – пообещал я, разгоняя машину до пятидесяти семи миль. У меня оставалось еще немного в запасе, но совсем чуть-чуть. Мотор так громко шумел, что мы практически кричали, а не разговаривали. Целую милю я обдумывал то, что она мне сообщила. Многого, правда, я не добился. Но, по крайней мере, теперь у меня появился свидетель, чтобы доказать, что Ройс и Рутланд – одно и то же лицо, а это сразу тесно сплетало Ройса с исчезновением Фэй. Это было уже кое-что, но еще очень многое оставалось невыясненным.
– Слыхали когда-нибудь о человеке по имени Хэнк Флемминг? – решил осведомиться я.
– Нет, откуда?
– Он тоже замешан в убийстве Беннетт. Может, вы его видели? Он короткий, толстый, с круглой мрачной физиономией. В последний раз, когда я его видел, на нем была грязная куртка и черная ковбойская шляпа. Не припоминаете такого?
Выстрелив наобум, я попал в яблочко.
– Эндрюс его выследил, – сказала Лидия.
– Эндрюс?
– Это сыщик, которого я наняла. Он мне описывал как раз такого человека.
– А где он его видел?
– В ресторане Лодони, когда Ройс там был с девчонкой Беннетт. Эндрюс заметил этого человека в машине у входа в ресторан. Ройс провел девчонку мимо машины, потом чуть отстал и показал на нее. Через некоторое время этот человек вышел из машины, подошел к двери ресторана и принялся наблюдать за девчонкой. Эндрюс уверял, что это было похоже, как будто Ройс указал на нее, но я ему тогда не поверила. Он был неважный сыщик. Больше всего старался выколотить из меня деньги. Я решила, что всю эту историю он выдумал, чтобы создать видимость напряженной деятельности.
Теперь понемногу я начал увязывать концы с концами. Так значит, именно Ройс нанял Флемминга, чтобы убить Фэй.
Я только было хотел спросить Лидию, не встречал ли еще Эндрюс этого человека, как случайно взглянул в зеркало заднего вида. Я так был поглощен ее рассказом, что совсем забыл о возможной погоне. То, что я увидел в зеркале, было для меня неприятным сюрпризом.
Позади нас в темноте повисли два больших желтых круга света. Они находились примерно в полумиле от нас, но быстро приближались.
Лидия увидела их одновременно со мной.
Она замерла, а мне осталось лишь выжать до упора педаль газа.
Четырехполосная автострада летела под колеса, прямая, как жердь, и темная, как печная труба. Со скоростью шестьдесят миль у меня не было шансов оторваться от преследующей машины – это я знал наверняка.
Желтые пятна света приближались.
Лидия, обернувшись через плечо, напряженно следила за ними сквозь заднее стекло. Лицо ее было бледным, в широко раскрытых глазах застыл ужас. Я подтолкнул ее коленкой.
– Можно свернуть с этого шоссе? – перекричал я рев мотора. Она с трудом пришла в себя.
– Где-то впереди есть поворот.
Я вырубил свет. Преследующая машина пока еще отставала на четверть мили.
Высматривая во мраке указатель поворота, я чуть не прозевал его.
– Теперь чуть впереди, – закричала Лидия, сжав мне руку.
– Осторожно!
Из темноты вырвался поворот, и я вдавил до отказа педаль тормоза. Шины протестующе взвыли. Лидия, упершись руками в щиток, откинулась на меня, пока “линкольн” крутился с заблокированными задними колесами. Машина завиляла, передние колеса поднялись в воздух, но когда я отпустил тормоза, мы каким-то чудом все-таки вписались в поворот и попали на извилистую боковую дорогу, где я мгновенно снизил скорость до тридцати миль.
Чтобы в темноте не съехать в кювет на всех этих поворотах, мне пришлось изрядно потрудиться. Когда мы проехали ярдов триста, Лидия, не отрывавшая глаз от заднего стекла, воскликнула:
– Они проехали. Они нас прозевали!
