– Может ты и прав, – Риму даже стало не по себе насколько точное определение этой аномалии памяти дал робот.
– У вас вообще много загадок, – поделился робот своими соображениями, – почему вы отдали свое право на свободу другим людям?
– Это скорее философский вопрос, – Рим не знал, как на это ответить, – наверное мы считаем, что кто-то лучше нас самих разбирается как мы должны жить.
Робот остановился, повернулся к Риму и уставился на него как на идиота.
– Неужели кто-то может знать, что сделает счастливым каждого конкретного человека, совершенно не зная его? Сделает его по-настоящему свободным?
– Да, звучит как полный идиотизм, – только сейчас до Рима дошло, что все правила мегаполиса – полная чушь.
– Свободу нельзя никому отдать, она принадлежит каждому, – робот снова продолжил движение, а Рим пораженный этой простой мыслью застыл на дороге.
– Нужно спешить, – Эр остановился и обернулся, глядя на человека.
– Да-да, иду, – Рим никогда раньше не размышлял об этом, но как робот, не являющийся человеком, был прав. Как мы сами отдаем свои права и сами принимаем правила игры, считая, что кто-то может заботиться о нас лучше нас самих. Но ни одна система в мире не заботиться о человеке, система заботиться только о сохранении и функционировании системы. Самоидентичность человека чужда законами системы. Почему же мы все так слепы?
Эр подключился к найденному прибору напрямую и анализировал для чего, собственно, этот прибор был предназначен в далеком прошлом. Как Жани и Рим не напрягались, они так и не могли вспомнить, чтобы когда-либо видели в мегаполисе нечто подобное. Рим предположил, что прибор нужен для диагностики, но вышло, что он оказался неправ. После небольшого осмотра Эр выдал, что прибор предназначался для детей и является старейшим игровым устройством.
– Игровым устройством? – у Рима в детстве ничего такого не было, да и Жани не могла похвастаться чем-то подобным.
– В памяти устройства есть несколько самых разнообразных игр, и они довольно интересны, но мне придется избавиться от них, чтобы закачать карту местности и простейший навигатор, чтобы вы могли отмечать точки на своём пути, – объяснил робот.
– Хотела бы я взглянуть на эти игры хоть одним глазком, – детство Жани закончилось слишком рано и в нем не было ни кукол, ни других игрушек. Ей слишком рано пришлось изучать оружейное дело и ее игрушками стали револьверы и обрезы.
– А у меня в детстве были игрушки, – похвастался Рим, – кажется это были старые солдатики, но я совсем не помню их цвета и размера.
– Батарея устройства довольно старая, но заряд держит вполне неплохо. Вам придется включать его периодически, если его все время держать включенным, то батарея быстро сядет. – Эр воткнул шнур питания в розетку и экран навигатора замелькал разноцветными огнями как гирлянда.
– Что ж, если Эр закончил с навигатором, то нам пора приступить к испытаниям моего новейшего образца гранатомета, – Жани презентовала свое изобретение, демонстративно сбросив с него грязную тряпку и указав рукой на устройство.
– Выглядит угрожающе, – оценил внешний вид оружия Рим.
– Осталось убедиться, что его не разорвет на испытаниях, – развела руками Жани.
– А такое случалось? – испуганно спросил Рим.
– Всякое бывало, – неопределенно произнесла Жани, – но могу тебя заверить, что никто не пострадал.
Они вышли наружу и прошли к небольшому пустырю за домом, где высились небольшие холмы – могилы тех, кто пытался взять дом оружейницы штурмом.
– Впечатляет, – Рим невольно стал считать холмы и сбился на втором десятке.
– Не думай, что я такая кровожадная, – усмехнулась девушка, – здесь много врагов Мастера, которые желали ему зла.
Чуть поодаль разместился стол с тисками, в которые нужно было закрепить гранатомет. Прямо перед ним на треноге стояла самодельная мишень из жести, продырявленная многочисленными пулями. Жани закрепила гранатомет в тисках, привязала к спусковому крючку проволоку и вернулась к Риму и Эру, стоявшим поодаль.
– Теперь нам нужно переместиться в окоп, – она нагнулась и потянула за цепь, которую Рим даже не заметил, и через мгновение открыла вход в небольшую яму, где едва могли поместиться два человека.
– Ту не хватит места для робота, – Рим понимал, что окоп слишком узкий.
– Эр останется снаружи и будет наблюдать за опытным образцом, ему нечего бояться.
– А если гранатомет разорвет? Эру ничего не грозит? – заволновался Рим.
– По моим расчетам заряд не такой мощный и если взрыва все-таки не избежать, то Эр отделается разве что испугом, – объяснила испытательница.
– Эр, отъедь подальше, – в отличие от девушки, Рим не был так уверен, что испытания пройдут безопасно.
Робот похлопал своими окулярами, но внял совету человека, оказавшись недалеко от окопа, но наверху.
– Готов? – спросила Жани.
– Нет, – ответил Рим, и девушка дернула проволоку.
Раздался взрыв такой чудовищной силы, что взрывная волна опрокинула робота навзничь. Он беспомощно завозился на земле, пробуксовывая в воздухе маленьким гусеницами.