— Зря иронизируешь. Тот же таракан при перегрузке в восемь «же» вполне бодро разгуливает по полу, а ты лежишь пластом, ни рукой не шевельнуть, ни ногой. И к перепадам давления, и к изменениям состава атмосферы насекомые гораздо менее чувствительны, чем люди. Излучений не боятся, — там, где человек быстренько загнется от лейкемии, тараканы живут и размножаются. Да и наружный скелет — гораздо более совершенен и функционален, чем внутренний. У нас кости только опора — а для защиты своего мягкого, ранимого тела приходится натягивать на себя кучу разных вещей, начиная от плавок и заканчивая космическим скафандром. У таракана свой хитиновый скафандр всегда при себе.
Говорил он с серьезным лицом, так что Игорь не понимал: взаправду всё или же непонятный ход в хитрой психологической игре? Может, убийца сейчас по-особому мыслит, и отреагирует на абсурдную теорию тоже по-особому, как-нибудь выдаст себя… На всякий случай Игорь не дал угаснуть тараканьей теме, подбросил довольно-таки ехидную реплику:
— Чтобы в космос летать, одного скафандра маловато! Даже хитинового… Космический корабль нужен, или, на худой конец, — мозги, чтобы его когда-то придумать и построить.
— С мозгами у насекомых проблема, — легко согласился Орлов. — У нынешних, по крайней мере, — обмельчали, выродились, в крохотном тельце просто места нет для развитого мозга… Гигантских насекомых прикончил тот же катаклизм, что и динозавров, а сейчас эволюция застопорилась, топчется на месте.
— Эх, жалость, не полетят навозные жуки к Альдебарану… — с притворным сожалением вздохнул Стас.
— Шанс у них есть, — сказал Константин; и по-прежнему не понять, в шутку или всерьез. — Читал я одну книжицу, там всерьез доказывалось, что предназначение у хомо сапиенсов одно-единственное: создать условия для нового витка эволюции. Извлечь из земных глубин радиоактивные изотопы, существенно повысить радиоактивный фон; сжечь нефть и газ, в разы увеличив содержание це-о-два в атмосфере. И эволюция снова рванет вперед: строительного материала — углерода — избыток, геном активно мутирует от излучения… Вновь встанут травы до неба, а между ними муравьи в человеческий рост шнырять будут.
— А как же мы? — спросила Марианна.
— Нас не станет, — ответил ей Антон с ласковой издевкой. — Мы в такой атмосфере и при таком излучении жить не сможем. Сделаем свое дело и уйдем. Не к звездам — навсегда, насовсем.
— Глупая теория, — надула Барби свои ярко накрашенные губки. — Придурок какой-то выдумал, а вы ерунду повторяете…
Дурочка с кукольным личиком на сей раз права, подумал Игорь. Теория дурная, но не зря же Орлов ее изложил? И Антон тут как тут, вновь вылез со своим мизантропическим настроем… Неужели действительно он?
Поразмыслив, Знайка понял, что эти стены могли быть сделаны лишь какими-то разумными существами, и, когда вернулся из своего путешествия, опубликовал книжку, в которой писал, что когда-то давно на Луне жили разумные существа, так называемые лунные коротышки, или лунатики.
Внеземелье, ДОС «Немезида-17», каюта Звездного, условная ночь
Проснулся Игорь от звука, природу которого не понял. Открыл глаза с чувством: что-то не так, прозвучало то, что никак не должно было прозвучать, — но что именно, непонятно.
Полежал, вглядываясь в темноту, напряженно прислушиваясь. Звук не повторился. Игорь решил было, что все ему приснилось, — и тут ЭТО прозвучало снова.
Трудно было определить, что служит источником негромкого, но какого-то всепроникающего шума, — казалось, что металлический лязг издает вся многотонная громадина «Немезиды».
Поломка?! Где? Он пытался представить, какой из бесчисленных агрегатов и механизмов при неисправности зазвучит подобным образом, — и не смог.
Соскочил с койки, натягивать облепленный рекламными надписями комбинезон не стал, — добежит до пульта техконтроля и в обтягивающем тренировочном костюме, заменявшем Игорю пижаму. Хорошо все-таки быть ремонтником на Земле, и обслуживать холодильники или стиральные машины. А здесь, когда от твоей компетентности и расторопности зависят жизнь и смерть полутора десятков человек… Прав, прав Антон — чужие мы Космосу, и Космос чужой нам, и нечего соваться, куда не звали…
Отпереть люк Игорь не успел — третий по счету звук завершился толчком, несильным, но от которого содрогнулась вся станция. И лишь тогда он понял, в чем дело. Стыковка! Кто-то пристыковывается к главному шлюзу!
Но как же… Без предупреждения с Земли, без подготовки, без проверки соответствующих систем… Всю же станцию разгерметизировать можно… И есть ли вообще это в сценарии?
