Рука капитана в громоздкой перчатке протянулась к Наде, прямо к лицу. Игорь оцепенел: девичье лицо сморщилось, расползлось под пальцами, — и соскользнуло с головы, словно тонкая резиновая маска. А под ним… Под ним оказалось нечто невообразимое — два огромных фасеточных глаза на суставчатых стебельках; тоненькие, вибрирующие усики; мерно двигающиеся жвала…
«Таракан, таракан, тараканище…» — звучала в голове у Игоря цитата из давнего детского стишка.
Кто-то взвизгнул — пронзительно, истерично. Кого-то тошнило.
— Вот она — настоящая космическая раса! — произнес Антон очень громко, но каким-то незнакомым, не своим голосом.
Одежда, да и тело Нади Солнцевой куда-то делись — огромное членистоногое существо извивалось в руках троих мужчин, затем мгновенным стоп-кадром Игорь увидел тот самый как-бы-пистолет, направленный на насекомое-оборотня. Вместо выстрела раздалось лишь громкое шипение, из дула вырвалась струя аэрозоля, по ноздрям ударил резкий и противный запах не то дихлофоса, не то карбофоса, не то еще какого-то «-фоса».
Существо забилось с удвоенной силой, закричало — если криком можно назвать скребущий пронзительный звук, уходящий в ультразвуковую область…
— Выбросим его в космос! — орал Антон все тем же не своим голосом. — Скорее, пока не отложило яички! Открой люк! — кричал он, обращаясь к Барби. — Открой, черт возьми!
Барби открыла, но всего лишь рот, — как будто собиралась завопить, но так и не завопила. Зато гигантское насекомое надрывалось в агонии, и барабанило лапками по полу и переборке, все громче, громче, громче…
…Игорь рывком распахнул веки. Стук не смолкал, словно членистоногое чудище не пожелало остаться там, в пригрезившемся кошмаре, и притащилось вслед за Игорем сюда, в реальность. Он вскочил, вернее, попытался вскочить — эластичный ремень швырнул обратно на койку. Чертыхаясь, нащупывал в темноте пряжку, забыв, что свет можно включить, не вставая с места…
Голос Орлова снаружи:
— Открой! Ты там жив? Открой люк!
— Вроде жив… Сам не знаю… — пробормотал Игорь.
Там же, чуть позже
— Звуки от тебя доносились — не то душат кого-то, не то извращенно насилуют, — сказал Константин. — Думал уж, сейчас наш дружный коллектив уменьшится еще на одного человека.
— Кошмар привиделся, — объяснил Игорь, вытирая со лба холодный пот. Казалось, что в ушах до сих пор стоит отзвук чудовищного вопля Нади-таракана.
— Бывает… Слушай, ты приведи себя в порядок — а то выглядишь страшнее трупа ожившего. Я минут через десять загляну. Поговорить надо.
К тому времени, когда он вернулся, Игорь успел переодеться и окончательно проснуться, — но настроение у него было самое мрачное. Сегодняшний сон — еще цветочки, спокойных сновидений теперь ждать не приходится… Недолго и вообще свихнуться от мысли, что летишь черт знает где, в одной железной коробке с убийцей.
Вновь оказавшись в каюте, Орлов первым делом показал взглядом на камеру. Игорь кивнул успокаивающе: теперь этот агрегат был отключен постоянно, уже без каких-либо ссылок на профилактику, — должность бортинженера имеет свои преимущества. Конечно, соответствующий пункт контракта с КРТ тем самым безбожно нарушался, ну так и про отстрел участников в том контракте ни строчки… Форс-мажор, господа, форс-мажор.
…Выяснилось, что у Константина родился план: как обнаружить и обезвредить убийцу. Самим, самостоятельно, без указок с Земли.
— Ничего они нам толкового не присоветуют, — убеждал он Игоря. — Только мешать будут, под руку толкать. Нет методов для расследований на таких расстояниях. Да и после нашего случая они не появятся. Невозможно… Все равно что заниматься сексом с расстояния в тысячу километров.
— Почему? Показывали же по стерео в прошлом году…
Орлов сначала не понял, потом сообразил:
— А-а-а, ты про секс… Вношу коррективу: все равно что зачать ребенка с расстояния в тысячу километров.
Игорь подумал, что и дистанционное зачатие в наше время не проблема: облепленные датчиками по всему телу, с кибершлемами на головах родители на разных континентах находятся в объятиях виртуалов, в точности копирующих далекого партнера и воспроизводящих его действия, а суборбитальный лайнер в это время доставляет контейнер с мужской спермой… Но спорить не стал. Спросил:
— Что ты предлагаешь?
— Предлагаю взять инициативу на себя. Спровоцировать убийцу на очередной удар.
— Очередной? А с чего ты взял, что он вообще будет, — очередной?
Игорь и сам подозревал: будут еще трупы, но очень бы хотел увериться в обратном. И продолжил, убеждая не то Орлова, не то самого себя:
— Глупо надеяться выиграть главный приз, перестреляв всех конкурентов. Один инцидент еще можно как-то замолчать, замазать… Но если трупы начнут появляться один за другим, серией, то шоу прикроют, сомнений нет. К чему тогда всё?
— Я и не утверждаю, что он собирается перестрелять всех. Но любой убийца, зная, что он непременно, вместе с остальными, окажется под подозрением, — не может быть спокоен. Наверняка терзается: не прокололся ли в какой мелочи, не оставил ли какую-нибудь улику против себя.
— И что?
