Первое впечатление, которое возникает лично у меня, что мы оказались в приемной какого-то руководителя. Площадь помещения составляет никак не меньше полусотни метров. Стены покрыты резными деревянными панелями. Вдоль одной из них стоят несколько кожаных диванов. На полу лежит толстый и дорогой даже на вид ковер. Стена напротив застеклена от пола до потолка. За высоким окном все также мокнет под дождем ночной город. В стене справа фиксирую еще одну дверь. У самого окна стоит широкий стол со всеми офисными атрибутами: компьютером, монитором, папками для бумаг, стаканом для ручек и принтером, из которого один за другим выползают листы бумаги. Однако все эти детали я отмечаю краем сознания, полностью и всецело сосредоточив внимание на том, кто сидит за этим самым столом. Стволы наших с Клаусом автоматов смотрят на хозяина помещения, точнее хозяйку.
– Добрый вечер, – произносит она приятным голосом. – Прошу, проходите. Сейчас вас примут.
Я пытаюсь «созерцать», забыв о невозможности данного действия, и у меня ожидаемо ничего не выходит. А молодая женщина, я бы сказал девушка, продолжает подхватывать листы бумаги, что непрерывно исторгает из себя принтер. У нее правильное, практически идеально очерченное лицо с в меру полными губами. Над ее зелеными глазами изгибаются две изящные брови. Безупречно уложенная прическа дополняет образ неизвестной. На ней белая блуза и строгий пиджак темно-серого цвета. Девушка ведет себя спокойно и уверенно, не обращая внимания на нацеленное на нее оружие.
– Если вы подождете секунду, я доложу о вашем приходе, – она пытается встать, но я останавливаю ее.
– Сидеть, – негромко приказываю ей, и та остается на месте. – Руки держать на виду и ничего не трогать, – добавляю я, видя, как она тянется к телефону.
– Вас ждут, я должна доложить, – повторяет девушка, но прекращает всякое движение.
– Я сам решу, когда докладывать. А сейчас сиди тихо.
Прохожу в помещение и занимаю позицию сбоку от нее в нескольких метрах, продолжая целиться ей в корпус. Под столом, как я вижу, у девушки стройные ноги в такого же цвета, что и пиджак, юбке.
В дверь заглядывает Рыжий.
– Что тут у вас…? – он умолкает на полуслове, когда видит незнакомку.
– Семен, заходите сюда все, – говорю ему, не поворачивая головы. Через секунду ребята входят в помещение, грамотно растекаясь под стенами и беря под контроль дверь, ведущую, судя по всему, в кабинет начальства, или кто там сидит.
– Кому ты должна доложить? – спрашиваю я, когда все занимают свои позиции.
Девушка смотрит на меня, повернув голову, и отвечает:
– Вашей Учительнице, Марине Яковлевне. Она в кабинете.
Изумленный и радостный вздох вырывается у ребят, когда они слышат ответ. Кто-то даже опускает оружие.
– Наконец-то…
– Неужели нашли…?
– Я так устала…
Только Клаус стоит, не шелохнувшись. Его позиция – напротив стола секретаря.
– Кто ты такая, тварь? – зло цедит он, и у меня по спине пробегает холодок от его тона и взгляда, какого я у него никогда не видел. – Отвечай.
Ребята тотчас умолкают. Честно говоря, я и сам чувствую, что что-то пропустил, какую-то мелочь, на что-то не обратил внимание. Верить на слово этой девушке я не собираюсь, но поддаваться такой вспышке ненависти, охватившей Клауса, мне кажется неуместным. Сначала нужно все проверить, потому что кто знает…
– Меня зовут Наталья, – девушка словно не обращает внимания на тон, которым ей был задан вопрос. Она отвечает на него все также спокойно, глядя прямо на Клауса, невозмутимо и уверенно. – Я должна сообщить о вашем приходе.
– Встать! – бросает Клаус, и девушка послушно поднимается.
– К двери! – продолжает он командовать и коротко показывает стволом на дверь, ведущую в соседнее помещение.
Секретарша подходит к ней и говорит:
– Я должна доложить…
– Заткнись! – обрывает ее парень.
Рыжий и девушки уже не радуются. Оглядываюсь на миг, чтобы увидеть непонимание, удивление и даже недовольство в их глазах.
– Клаус, что происходит? – напряженно спрашивает Рыжий.
– Семен и все! Не расслабляться, это ловушка, – огрызается он.
– Да откуда ты…?
– Семен, – зову я друга, и он замолкает на полуслове, оборачивается ко мне. – Все вопросы потом.
Он смотрит недовольно, но больше ни о чем не спрашивает.
После встречи с лже-Рыжим я понимаю, что доверять этой Наталье глупо и опасно. Неизвестно, кто или что скрывается под обликом секретарши, а проверить ее сущность, «созерцая», нет никакой возможности. Лучше уж потом извиниться, если мы окажемся неправы. Но она и в самом деле поставила меня в тупик тем, что упомянула Марину Яковлевну. Кто она? Она же так и не ответила, представившись лишь Натальей. Тем не менее, Клаус ведет себя чересчур эмоционально. Утешает только одно – реакция девушки на свет наших фонарей, а точнее ее отсутствие.
– Открой дверь и входи, – командует Клаус.