В других ящиках тоже оказались расчлененные останки людей, аккуратно пересыпанные кубиками сухого льда. И только одна коробка расположилась в стороне от общей кучи. Форма и размеры показались Павлу странно знакомыми. Он подошел ближе. Ящик тщательно выкрашен в синий цвет, но сквозь краску видны буквы и цифры. Павел поднял крышку и лицо озарила радостная улыбка - в ящике аккуратно сложены автоматы, дно усыпано патронами.
- Бросьте мороженое мясо, мужики! Я нашел кое-что получше, - сказал Павел.
- Я никогда не был мужиком и не собираюсь им становиться! - сразу завелся Ледатр, но осекся, едва увидел найденное сокровище.
С оружием в руках трое мужчин выглядели так, словно им выпал джек-пот на миллион каждому. Улыбки до ушей, учащенное дыхание, руки дрожат, лица цветут счастливыми улыбками, а ведь еще минуту назад, безоружные, они были похожи на похоронную команду паралитиков. Руки чувствуют приятную тяжесть боевого железа, пояс оттягивает сумка с запасными магазинами - что еще надо для счастья нормальному мужчине? Одновременно лязгнули затворы, загоняя патрон в патронник, указательные пальцы ложатся на спусковой крючок, автоматные стволы смотрят сумрачно и равнодушно. Все трое идут уверенной походкой, плечи развернуты, спины прямые. Даже у Ледатра обычное брезгливое выражение сменилось высокомерным и жестким, глаза смотрят уверенно и нагло.
Прошли не более половины пути, как Ледатр начал проявлять беспокойство.
- А вам не кажется, господа, что все слишком просто? - нервно сказал он и взмахнул автоматом. Серафим скривился, шагнул в сторону. Знаками показал Павлу, что бы и он отошел, а то этот поклонник Троцкого по рассеянности начнет стрелять во все стороны.
- Я, конечно, уважаю ваше мнение, Павел Андреевич и полностью разделяю его, но все же? - туманно спросил Ледатр.
- Ничего не понял, - пожал плечами Павел. - Вы, товарищ Римский, так туманно выражовываетесь.
- Каркает, как ворона ... Если сейчас что-нибудь полезет из земли, его работа! - мрачно отозвался Серафим.
- Да нет! - опять взмахнул автоматом Ледатр. - Вы меня не правильно поняли. Я допускаю, что все силы Машка Циферблат сосредоточила на отражении атаки, но остаться совсем без прикрытия она не может. Запасной тоннель, в котором мы находимся, всегда хорошо охранялся.
- Так и есть. Двоих моров прибили совсем недавно, - хмыкнул Павел.
- Это не охрана, а патруль. Должно быть что-то посерьезней, например ...
Ледатр не успел договорить, что должно быть в тоннеле. Пол заходи ходуном под ногами, с потолка посыпалась пыль, перекрытия затрещали, раздались хлопки и куски бетона посыпались на землю. Тоннель наполнился гулом, дрожью, один за другим стали гаснуть потолочные фонари. Сквозь шум и треск донесся крик Серафима:
- Я ж говорил, накаркает! Прибить нужно гада!
Все трое бросаются обратно. Сзади раздается грохот и душераздирающий скрип, словно великан медленно ломает о колено столетний дуб. Звук настолько страшен, что Павел обернулся. Напольные плиты из бетона метровой толщины вспучивались и ломались, как первый лед на реке. Арматурные прутья лопались, словно гнилые нитки. Громадный земляной холм уперся в потолок, перегородил тоннель. Земля и осколки камня сыпятся вниз, вся поверхность холма движется, как будто течет. Вершина постепенно очищается, наружу выступают странные иглы и шипы. По мере осыпания земли поверхность холма все больше покрывается шипами и вскоре становится похожей на спину гигантского ежа. Концы игл белые, затем идет черный цвет, переходит в розовый. Гигантский холм шевелится, вздрагивает и медленно оседает, расползаясь от стены до стены. Земля и камни окончательно осыпаются, на ярко-розовом фоне колышется лес черно-белых игл.
- Оно живое, Павел! - потрясенно кричит Ледатр. - Ты помнишь ...
