Как будто, подтверждая слова Ледатра, в проходе раздались выстрелы, гулко хлопнули гранаты. Павел метнулся к машине, коротко звякнул закрытый люк. "Паук" ожил, передние лапы вытянулись, уперлись ступнями в верхушку кучи камней. Ледатр едва успел отскочить, как вершина захрустела, посыпалась пыль и вся верхняя часть ухнула в тоннель. Образовалась огромная дыра, в которую свободно пройдет "паук". Машина осторожно полезла по склону вверх и остановилась на гребне. Павел несколько мгновений рассматривает развернувшуюся перед ним картину внезапного боя между отрядом Ледатра и невесть откуда взявшимися аборигенами незнакомого вида. Почти сотня ярко раскрашенных дикарей открыли шквальный огонь из автоматов по укрывшимся за камнями людям. Пули ложатся так густо, что невозможно поднять головы. Вся пещера наполнена грохотом выстрелов, многоголосым визгом рикошетирующих пуль, пыль, песок, мелкие осколки камней дождем сыпятся на пол, в пещере почти ничего не видно. Где свои, где чужие - не разберешь. Павел усмехается. Указательный палец опускается на маленький тумблер, раздается тихий щелчок и пещеру оглашает истошный вопль сирены. Режущий слух вой заглушает все. Каменные стены хорошо отражают звуковые волны, многократно повторенное эхо накладывается на дикий стон танковой сирены. Перепуганные до полусмерти дикари бегут без памяти, бросая оружие. Некоторые в ужасе оборачиваются. Они видят железное чудовище на шести лапах, из огромной литой башки торчит длинный хобот, по бокам высовываются странные отростки, плюются огнем. Страшный воющий крик оглушает, лишает возможности логично мыслить.
Бой у входа не прекращается, несмотря на недавние заверения начальника охраны. Мария несколько раз нажимает кнопку вызова, но никто не отвечает. Встревоженная, подключается к программе видеоконтроля. На мониторах появляется изображение пустой комнаты охраны. На следующих кадрах видно, как бегут по тоннелю перепуганные туземцы того племени, что было нанято для внешней охраны. Дикари без оглядки спасаются бегством, несутся сломя голову внутрь горы, хотя им строго запрещено оставлять внешний периметр. Мария несколько секунд ошеломленно наблюдает за паническим бегством туземцев, потом переключается на вход. Большая часть камер выведена из строя, но оставшиеся еще исправны. На экране появилось странное зрелище - огромная пещера возле центрального выхода, служившая своеобразным холлом, усыпана обломками, на полу валяются трупы охранников и туземцев, в воздухе висит густая пыль. В тоннеле что-то постоянно взрывается, со стен сыплется штукатурка, камень и кирпичи, горит электропроводка. Камера поворачивается. Сквозь мутную пелену пыли виден силуэт машины без колес, на шести железных ногах. Танковая башня непрерывно движется, стволы пушек и пулеметов плюются огнем. Динамики системы видеоконтроля хрипят от акустических перегрузок - странная машина непрерывно исторгает очень громкий воющий звук, даже выстрелов не слышно. Троицкая машинально жмет клавишу, звук обрывается. Машина прекращает стрельбу, башня на мгновение замирает. Сбоку высовывается широкая труба, бесшумно выбрасывает сверкающий стеклянный снаряд. Через доли секунды противоположную сторону тоннеля охватывает пламя. Автоматическая камера услужливо показывает, как огонь охватывает стены, пол, наверху расплывается облако черного дыма, из которого дождем льются огненные капли горящей изоляции. Тоннель превращается в пылающее жерло, в котором мечутся фигурки сгорающих заживо людей. Затем изображение начинает ухудшаться, экран заполняют черточки, кружочки, помехи полностью закрывают картинку, изображение пропадает.
Троицкая потерянно облокачивается на спинку кресла. Попытки захвата ее горы бывали и раньше, но их отбивали. Противнику еще ни разу не удавалось захватить вход. Слишком быстро все произошло, явно не обошлось без предательства.
