Атриум выглядел все так же… Разве что, наверно, дохлых некроморфов стало больше. А может, это тоже померещилось. Сложно нормально рассмотреть окружение, когда в глазах все рябит от заполнивших пространство черных точек. Путь до рубки был длиннее, чем из того коридора до лифта, и инженер не знал, как долго они шли — наверно, целую вечность. А в итоге он даже не заметил, как так вышло, что они уже спускались на подъемнике к капитанской рубке.
Айзек споткнулся и наверняка упал бы, не удержи его Хэммонд.
— Мы почти на месте, — подбодрил тот раненого. — Еще немного.
Они прошли мимо спасательных капсул — теперь на месте их было три, а четвертая болталась где-то в космосе с некроморфом на борту… Дверь рубки отъехала в сторону с задержкой в несколько секунд. Дальше Айзек запомнил только какие-то обрывки. Вот Хэммонд оглядывает помещение, убеждаясь, что в него за время его отсутствия никто не успел сюда пробраться. Потом связывается с Кендрой — Айзек точно слышал ее голос перед тем, как обнаружить себя откинувшимся на спинку кресла. В потолке над ним развернулся какой-то механический блок — а потом инженер, наконец, снова отключился.
— Ты только послушай это, Хэммонд! — голос Кендры негромкий, но раздраженный, а еще, казалось, звучал совсем рядом, а не из передатчика. — «Журнал капитана. Первичная оценка инфекционной угрозы. Прошло менее часа с первого сообщения, а инфекция успела распространиться по всему кораблю. Сначала пострадала причальная палуба, где разбился челнок. К настоящему моменту мы потеряли почти половину медицинской палубы и четверть инженерного отсека. Все еще нет никаких новостей из грузового трюма и отсека планетарных операций, что наводит на неприятные мысли. Такого я явно не ожидал».
— Хотел бы я знать, чего он ожидал. — Хэммонд тоже говорил вполголоса. — Судя по той записи, что ты нашла, Матиус так и не понял, в какую задницу всех втянул, и до последнего не принял никаких мер. Сектанты…
Кендра презрительно усмехнулась:
— Идиоты, — послышались приближающиеся шаги, и в следующий раз ее голос прозвучал совсем рядом: — Похоже, он приходит в себя… не знаю, стоит ли вмешиваться и попробовать его растолкать. У нас снова мало времени, с этим отравителем…
— Когда все это закончился?.. — Капитан тяжело, очень устало вздохнул. — Подожди, пока не стоит его трогать. Помню, сам как-то приходил в себя после такой штуки минут десять, попытки расшевелить со стороны точно не помогали… Включи лучше пока что снова запись того инженера.
— Но он, вроде бы, не говорит ничего полезного для нас…
— Иногда и мелочи бывают важны. Я пытаюсь понять, что мы упускаем.
Айзек осторожно попытался пошевелить руками, чувствуя, что головная боль пусть и не оставила его, но стала слабее, чем была до того… странно, он же треснулся головой — так разве не должно быть наоборот? И плечо должно болеть, но Айзек ничего не чувствовал. Странно — Кларк ощущал себя так, будто просто проснулся. И… откуда здесь Кендра? Разве она не пряталась в серверной?
Между тем вновь послышались отдаляющиеся шаги, и раздался еще один знакомый инженеру голос — но теперь он точно звучал на записи:
— Говорит Темпл. Мостику конец. Не знаю, что сюда пробралось, но не собираюсь дожидаться, пока оно вернется. Я направляюсь в отсек гидропоники, попробую найти Элизабет.
— Возможно, он имел в виду Элизабет Кросс, она заведовала отсеком гидропоники… Черт. Если бы еще разобраться, чего там ждать…
— Да, ты говорила, что именно там что-то отравляет воздух. Сохрани эти записи — мы должны разобраться во всем этом.
— Мы должны выжить и унести отсюда ноги, — отрезала Кендра, но уже не на повышенных тонах, как несколько часов назад — она говорила тихо и устало. — Хэммонд, нас ведь всего трое, и мы даже не ученые и не следователи… Мы не справимся с этим. Нужно выбираться и рассказать обо всем этом, и пусть тогда всем этим занимаются компетентные люди…
Снова послышались шаги.
— Мы выберемся отсюда, — проговорил капитан уверенно. — Но все, что мы нашли, пригодится как доказательства. Я знаю, что я должен это сделать, Кендра, чтобы все эти люди — и Чен с Джонстоном тоже, — погибли не зря.
Айзек открыл глаза — и порадовался, что в рубке, как и на всем корабле, царил полумрак. Попытался поднять голову — и почувствовал, как спинка кресла под его спиной выпрямляется. Почти сразу же он, часто моргая, увидел два взволнованных лица, обращенных к нему.
— Ну, наконец-то. — Хэммонд качнул головой и едва заметно улыбнулся. — Ты здорово нас напугал, Айз.
