Мертвый мир (сборник) полностью

Лудиг с Наварре вошли в малый зал, придворный встал на колени и сделал принятые в таких случаях жесты, пока Наварре неподвижно стоял, как и подобает высокопоставленному гостю.

— Здравствуйте, Ваше Превосходительство, к вам прибыл Логгон Домелл, Полномочный Посол Кариада, — объявил Лудиг.

— Пусть подходит, — ответил Джоройран слабым, почти робким голосом.

Наварре приблизился к Повелителю.

Тот выглядел, как пленник, которого держали в не слишком хороших условиях. Джоройран изначально был слабым и бесхарактерным, но сейчас даже не пытался скрывать свои недостатки — вместо роскошной мантии с системой подпорок, придававшей ему величественный вид, на нем был расшитый халат, никак не улучшающий его внешность. Когда Наварре видел его в последний раз, что было почти год назад, Джоройран выглядел плохо, однако теперь все стало гораздо хуже.

Наварре вежливо поклонился, развернул верительную грамоту, которую вручил ему Мархаил, и протянул ее Джоройрану. Повелитель провел глазами по документу и отложил его в сторону. Наварре услышал, что дверь за ним тихо закрылась, и он остался наедине с Джоройраном.

По виду Повелителя нельзя было определить узнал ли он Наварре.

— Мне приятно, что я могу поговорить с представителем Кариада, — уставившись печальными красными глазами в точку где-то над левым плечом Наварре, сказал Джоройран. — Трения между нашими государствами давно не дают мне покоя.

— Мархаил тоже очень страдает, — сказал Наварре. — Мне кажется, мы не должны враждовать. Надеюсь, мой визит поможет восстановить гармонию.

— Да, я тоже, — слабо улыбнулся Джоройран, казалось, не зная, что сказать дальше. — Мой советник... Каусирн... Он должен быть здесь, со мной, — наконец вырвалось у него. — Нам стоит подождать его. Он знаком с ситуацией гораздо лучше меня.

Мне даже жалко его, подумал Наварре. Каусирн превратил Повелителя в свою марионетку, и тот уже не мог вести государственные дела без участия лирелланина. Но в этом даже был плюс. Как ни странно, но сейчас Наварре требовалось присутствие Каусирна.

— Я наслышан о Лорде Советнике, — заметил Наварре. — Он кажется одаренным руководителем. Наверное, ему удалось снять большую часть ноши управления государством с уставших плеч Вашего Величества.

Джоройран, казалось, вздрогнул от таких слов и слабо кивнул.

— Да, он здорово помогает мне. Правителю приходится держать в голове столько всего... И Каусирн стал совершенно незаменимым.

— Лорд Мархаил часто говорит то же самое о своем советнике... земном советнике и не знает, как обойтись без ее рекомендаций.

— У меня тоже когда-то был Землянин-при-дворе, — рассеянно сказал Джоройран. — Я считал его верным и достойным доверия, но он предал меня. Я дал ему важное задание... но он подвел меня. Его звали Наварре.

— Я часто имел с ним дело, когда он служил Вашему Величеству, — сказал Наварре. — Мне казалось, он готов умереть за Джорус. Вы меня очень удивили.

— Да, я тоже испытал сильное потрясение. Но, к счастью, когда Наварре покинул меня, Каусирн сумел занять его место. О, вот и он!

Дверь открылась. Каусирн вошел, холодно улыбаясь. Смертельная бледность, характерная для лиреллан, отлично контрастировала с богатством его костюма. Действительно, одет он был более роскошно, чем сам Джоройран. Каусирн шагал медленно и уверенно, словно правил Джорусом именно он и никто другой.

— Прошу прощения, Ваше Величество, меня задержали. — Каусирн повернулся к Наварре. — Вы посол Мархаила? Добро пожаловать на Джорус. Я Каусирн, советник Повелителя.

— Здравствуйте, Каусирн.

Лирелланин напряженно сжал все двадцать пальцев в кулак, затем разжал, пока его глаза, казалось, сверлили слои пластика, наложенные на лицо Наварре, пытаясь вывести на чистую воду землянина, прячущегося под ними.

— Давайте пройдем в зал Собраний, — предложил Каусирн. — Там мы все трое сможем поговорить.

На то, чтобы наконец дойти до обсуждения мира между Джорусом и Кариадом, ушло минут десять словесного фехтования в небольшом, хорошо освещенном помещении. Вначале землянину и хозяевам дворца пришлось обменяться дипломатическими любезностями, затем они подошли к важному вопросу окольными путями, никуда не торопясь.

Наварре позволил лирелланину направлять разговор, давно поняв, что Каусирна нельзя недооценивать, и не применял трюки свойственные Халламу Наварре, чтобы не выдать себя.

Он крутил в правой руке фляжку, умело отражая выпады Каусирна и с изяществом отвечая на бессмысленные вопросы Джоройрана. Казалось, ни один из них не подозревал, что находится в одном помещении с Наварре.

Наконец лирелланин подался вперед, положив десятипалые руки на стол из полированного медного сплава.