Тобиас улыбнулся и покачал головой, думая о маленьком, невзрачном землянине, летящем где-то по Галактике на пути к своей следующей проблеме.
В системе Альбирео мы нашли мертвый мир — планету, носящую все признаки разрушения и смерти. Два солнца сияло на ее небе — синее и золотистое, пятой величины и третьей. Единственная планета вращалась между этими солнцами, и с расстояния сто тысяч километров не было заметно никаких признаков жизни на ней.
— Я считаю, что мы должны пропустить его, — сказал я.
— Нет. Мы приземлимся здесь, — отозвался Джейсон Холлоуэй. — Мы уже и так пропустили слишком много планет. Здесь мы приземлимся, — в его голосе звучала угроза.
Я беспомощно поглядел на свою жену Лору.
— Джейсон, — сказала она, — мы уже были на двадцати планетах и сейчас возвращаемся домой. Что ты собираешься найти на такой мертвой планете, как эта?
— Мы приземлимся, — повторил он ледяным голосом.
Я отвернулся от группы телеметрических приборов, чтобы увидеть его лицо.
— Черт побери, Джей, если, возвращаясь домой, мы будем останавливаться на каждом безжизненном камешке, то еще долго не увидим Землю. У нас достаточно было трагедий в экспедиции. Твоя жена...
— Я же говорил, чтобы вы не напоминали мне о ней!
— Черт побери, почему? Грейс Холлоуэй была прекрасной женщиной и ученой Исследовательского Корпуса. Она умерла мучительной...
— Заткнись, Майк.
— Не заткнусь, — огрызнулся я. — Твоя жена погибла при нашей последней высадке на неизведанный мир. Мы все сейчас в плохой психологической форме, уставшие, перенапряженные. Мы с Лорой хотим вернуться домой. И ты тоже должен вернуться с нами.
— Пока что здесь я командую кораблем, — ответил он, — и сам планирую, что мы должны, а что нет. У нас запланировано еще три месяца на исследования, и я не собираюсь вернуться на Землю раньше. Смерть Грейс, естественно, тронула меня, но не до такой степени, как вы, кажется, думаете. Я приказываю вам направить корабль на орбиту, а потом сделать посадку на эту планету.
— Нет, Майк, — сказала Лора.
— А что если я не сделаю этого? — спросил я.
— Это был бы мятеж, Майк. Тогда я имел бы полное право казнить тебя и продолжить путешествие, как было запланировано. Поэтому теперь веди корабль на орбиту, или я выброшу тебя из люка и сделаю это сам.
— Холлоуэй, ты сумасшедший. Ты просто псих полоумный.
— Предупреждаю тебя, Майк...
— Осторожно! — завопила Лора. — У него оружие!
Я тоже уже увидел бластер у него на бедре и, пригнувшись, бросился вперед. Я ухватил его за талию. Он нащупал бластер, но я ударил ребром руки по его запястью, и оружие упало на пол. Ногой он отшвырнул бластер так, чтобы Лора не могла подобрать его.
Я ударил его кулаком, но он легко парировал удар и послал меня в жесткую металлическую стену корабля. Еще один удар попал мне в подбородок. Я зашатался. Все же, после событий на последней планете, я все еще был слаб, и он знал об этом.
Он ударил меня в третий раз, и я, хватаясь за холодную металлическую стену, сполз на пол. Смутно я видел, как он поднимает бластер с пола.
— Ладно, — прохрипел я. — Я сдаюсь, Джей. Я поведу это проклятое судно туда, куда ты скажешь.
Он холодно рассмеялся.
— Жаль, что я услышал твои слова, Майк. Кибермонитор записал все на ленту, так что теперь у меня не будет оправдания, если я пристрелю тебя. Ты попытался поднять мятеж, но потерпел поражение.
— Ты хотел бы застрелить меня, но не сможешь, Холлоуэй? Мне очень жаль, что я так тебя огорчил.
Я с трудом поднялся на ноги и позволил Лоре намазать мои ушибы мазью. Холлоуэй внимательно следил за нами обоими, стискивая толстыми пальцами бластер. Я видел в его глазах ненависть. Ненависть и ревность. Его жена была мертва, а моя — жива. И это для Джейсона Холлоуэя было такой же хорошей причиной, как и любой другой, чтобы избавиться от меня.
Я занял кресло перед пультом управления и повел корабль на орбиту.
— Садись осторожно, Майк. У меня все еще в руке бластер.
— Я знаю, — сказал я. — Да, капитан. Я направляю корабль на посадку, как вы вежливо меня попросили.
Я вел корабль вниз, думая о том, что
