– При изменении цвета пламени, меняются и его свойства, что может представлять большую опасность для людей, не ведающих об этом, – подхватил снова Реннет, и огонек в его руке из желтого стал голубоватым, а затем насыщенно-синим. – Упомянутое Оуэром белое пламя, к примеру, обладает большим коэффициентом жара. Такой огонь способен за раз плавить металл и камни. А пламя малинового оттенка считается более легким, что позволяет повысить скорость атак в несколько раз. Алое и бордовое, в свою очередь, повышают мощь и при взрывах охватывают гораздо больше территорий.
– А что с синим цветом? Какими свойствами обладает твое пламя? – задал вопрос Ладан.
– Оно не синее, – покачал головой юноша.
Он сконцентрировался еще раз, напрягшись изо-всех сил, и постепенно синий огонек в его ладони потемнел. В результате на поверхности сферы заплясали язычки черного пламени, вперемешку с темно-синим. Оттенок, что Реннет не так давно открыл для себя, переходил из синего к черному. Про себя он называл его «сумеречный индиго».
Решив не тратить время на слова, юноша наглядно продемонстрировал свойство своего пламени. Он бросил зажженную сферу на мокрую от тающего снега древесину, и пламя не только не погасло, а вспыхнуло с новой силой. Даже последовавшие за тем попытки Призрака залить его водой ни к чему не привели. Оно лишь на миг потеряло стабильность, а затем вернулось в исходное состояние, продолжая пожирать сырое дерево.
– Да, это сильная устойчивость к внешним воздействиям и любым другим видам магии. Погасить его сложнее, чем обычное. Стоит также упомянуть, что создать заклинание с другим оттенком пламени гораздо затратнее в плане энергии, – заметил Реннет, удовлетворенно улыбнувшись. Он очень хорошо запомнил последний урок Мастера Селесты. Она учила его самому необходимому, порой игнорируя всевозможные запреты и раскрывая тайны, которые не стоило бы раскрывать столь юному ученику.
