Другим, в большинстве своем, полагалось следить за всем остальным и стать своего рода советниками Реннета. К примеру, юноша не обладал столь широкими познаниями в области защитных чар, как Кассандра, или не был близко знаком с магией колдунов. Можно сказать, во всем этом он мог положиться на них. Катарина, к слову говоря, представляла большую пользу в добыче нужной информации от пленных, которых в будущем им предстоит захватывать. Прибегать к физическим пыткам юноше хотелось меньше всего, так как добытые подобным образом сведения зачастую оказывались лживыми и неточными.
Кром собирался отправиться на поиски своего клинка, украденного пару лет назад одним магом из светлого Ордена. Даже благодаря тому, что он знал теперешнее местонахождение этого человека, путешествие могло занять до двух месяцев. Но другой возможности, скорее всего, у воина-кузнеца не будет, потому Реннет дал свое согласие. Впереди их ждали напряженные встречи с противниками Светлого Ордена и Армии Ночи. Развязывать сражения пока не планировалось, и он рассудил, что отсутствие одного члена Гончих не сильно скажется на всем этом. Главное – начало нового этапа было положено…
– Мирейн! – позвал Реннет, воспользовавшись последними крохами магической энергии. Он не был уверен, достаточно ли этого, чтобы достучаться до Стражей, пребывающих в верхних Сферах. В прошлый раз он был в куда лучшем состоянии, нежели сейчас, однако откладывать назревший разговор не хотелось.
Целую минуту в комнате царило молчание. Юный маг уже было подумал оставить все и попытаться завтра, с новыми силами, как вдруг в сознании зазвучал женский голос:
– Ну, здравствуй! А я уж подумывала, что ты сознательно игнорируешь нас.
Создавалось ощущение, будто разум юноши разделился надвое и теперь он слышит свой внутренний голос – довольно странное чувство, похожее на то, как будто общаешься с привидением. Примерно таким образом работала «связь» между представительницей Бессмертной Стражи Мирейн и Реннетом. Если сравнивать, то наверно это больше похоже на мысленное общение. Как бы там ни было, привыкнуть к такому оказалось сложно, и он до сих пор чувствовал непонятный дискомфорт. После общения некоторое время казалось, будто он все еще не один.
– Если чем-то недовольны, вполне могли бы сами связаться со мной раньше, – отмахнулся ренегат, стараясь говорить тише, чтобы никто за дверью не услышал. Существовала возможность и мысленного ответа, однако это требовало большой практики и концентрации, на что он не хотел тратить лишнее время.
